НИ ОДНА СОБАКА НЕ УСТОИТ ПРОТИВ МЯЧИКА, НИ ОДНА ДЕВУШКА НЕ СМОЖЕТ УСТОЯТЬ, ЕСЛИ В КУПАЛЬНЕ ПОЯВИТСЯ МЯЧ.
Сын Императора при этом выбирал.
«Кого же выбрать?
Все хороши!
Может быть, ту?
Рыженькую?
Прелестна!
Прелестна!!
Или брюнеточку?
Брюнеточка — восхитительна.
Или — ледяную блондинку.
Она сексуально загадочная.
Или — шатенку.
Краше этой шатенки я не видел.
Или…»
Мозг Сына Императора развивался.
Выбор заставлял думать.
Но…
Сын Императора так ничего и не придумал.
«Девушки!
Я всех вас беру!
Силы у меня хватит!
Вселенная дает Императору силу…
Пардон.
Сыну Императора.
Я пока еще не император.
Но…»
НА ВЫСОТУ НУЖНО КАРАБКАТЬСЯ, А В ЯМУ МОЖНО ПРОСТО СКАТИТЬСЯ.
Сын Императора летал.
С девушками летал.
И был очень рад.
Он уже не думал о том, что глава космолетостроения хотел его гибели.
Сын Императора залетел в Приграничные Темные Материи.
Так далеко он раньше не залетал.
Космокрейсер уверенно прокладывал путь.
Даже в Приграничном Темном тумане…
Сын Императора решил…
«Врага нужно знать изнутри.
Летим в жухрайскую проклятую Империю.
К нашим врагам.
Если что — вступлю в бой.
И победю.
Или мой космокрейсер меня спасет.
Унесет от опасности».
«Разумеется», — ИИ ответил.
ВРАГА НАДО ЗНАТЬ.
Сын Императора нашел жухрайскую планету.
Опустил космокрейсер в саду.
В персиковом саду.
«Велик глава отрасли космолетостроения моей Империи! — Сын Императора радовался. — Он создал космокрейсер под меня.
Под мои интересы».
Сын Императора оставил девушек на борту.
Сам же побрел во дворец.
В ближайший дворец. — Неплохо наши враги живут.
Я думал, что жухраи обитают в лачугах.
Или в сырых норах.
Как кроты.
Едят землю.
Не умываются.
Гадят друг на друга.
Но здесь все чистенько.
Дворец сияет. — Сын Императора вошёл во дворец. — Наступает ночь.
Я есть хочу.
Пить хочу.
Девушки из меня все соки высосали…
Мой организм молодой.
Быстро восстановится.
Надо только покушать.
Заодно посмотрю, чем наши враги жухраи питаются».
МОЖНО ЖИТЬ ВО ДВОРЦЕ И КУШАТЬ ТОЛЬКО КОРОЧКИ ХЛЕБА.
Сын Императора прошел один зал.
Затем — другой зал.
«Великолепие кругом.
Где же слуги?
Господа сами себе прислуживают?» — Вдруг, Сын Императора услышал голоса.
Увидел свет в конце анфилады.
Сын Императора спрятался за статую Аполлона.
Ну, как спрятался.
Дети Императора — отважные.
Просто Сын Императора стоял за статуей.
Мимо прошли балерины.
«Все прелестные, — Сын Императора удивился. — Неужели…
Неужели, все жухрайки — обворожительные красавицы?
Ой!
Среди красавиц балерин одна…
Одна жухрайка.
Красота ее бесподобна!»
Сын Императора не знал, что прелестница была дочкой министра здравоохранения жухрайской Империи.
Отец для нее построил дворец.
Чтобы его дочка Жужа играла со своими подругами.
ДЛЯ ИГР С ПОДРУГАМИ ОБЯЗАТЕЛЬНО НУЖЕН ДВОРЕЦ, И ТОЛЬКО ДВОРЕЦ.
Жужа с подружками прошла в игровую комнату.
Нуууу, как игровая комната…
Огромная спальня.
Девушки начали играть.
И веселиться.
Сын Императора проник в спальню жухрайки.
Спрятался за колонну.
Но это была другая скульптуру.
Не скульптура Аполлона.
Статуя Венеры.
«Охранник.
Огромный евнух.
С бластером. — Сын Императора все замечал. — Следит за девушками.
Присматривает за ними».
Сын Императора увлекся.
Увлекся подсматриванием.
Очень его увлекли игры.
Игры красавиц.
В спальне веселье.
В это время евнух охранник устал.
Прислонился к статуе.
К статуе Венеры.
И задел рукой бедро Сына Императора.
Посмотрел.
«Да ты — имперский шпион!» — Охранник завопил.
Отважный Сын Императора ударил охранника по лицу.
Провел удушающий прием.
Добавил ногой между ног врага.
Повалил его на пол.
Вырвал из рук бластер.
Балерины разбежались.
Балерины — робкие, как лебеди.
Лебеди из лебединого озера.
РОБОСТЬ БАЛЕРИН ПРОИСХОДИТ ОТ ИХ СТРОЕНИЯ.
Только дочка министра жухрайского здравоохранения не испугалась.
Она никого не боялась.
Потому что отец по знакомству сделал ей десять операций…
Жухрайка Жужа подошла к Сыну Императора.
«Кто ты?
Жухрай, или имперский диверсант?
По поступкам ты — наш враг.
Имперский шпион.
Но я слышала, что империйцы безобразны.
Ты же – красавец.
Сияешь красотой!»
«Я – империец, — Сын Императора ответил спокойно. — Я горжусь, что родился в Империи, а не в вашем жухрайском болоте».
«Империец? — дочка жухрайского министра заинтересовалась. — Правда?
Говорят, что у вас, империйцев все не как у людей».
«Мы — люди!
А вот вы — жухраи, наши враги — обязаны быть безобразными.
Мерзавцами.
Но ты — исключение из правил».
«А мои подружки?
Балерины?
Они безобразны?»
«Признаю, что и они красавицы».