Она была в компании своих одногодок, но сидела отдельно, словно они не были близкими друзьями.
Пиджак, сброшенный рядом на траву – часть формы одного из Специальных лицеев, тонкая серебряная нить и многогранная подвеска, блеснувшая на шее, когда она повернулась – символ одной из религиозных общин, предпочитающих жить закрытым анклавом на юге города.
Всё это без труда позволяло мне ее найти, но на следующий же день я позвонил Лесину и попросил отозвать меня из отпуска, поставив смены без выходных.
Я гнал себя от нее, изматывал до изнеможения долгими и дальними поездками, благо рабочие проекты почти не оставляли времени на мысли о чем-то кроме них. Я давал себе время, надеясь, что оно ослабит это непонятное иррациональное притяжение. Месяц, второй. На базе в центре подготовки группы Корина я считал дни, когда мне, наконец, станет легче без нее, но легче не становилось.
Как хитрец я пытался обмануть сам себя, придумать способ избавиться от наваждения. Завел легкие, ни к чему не обязывающие отношения с одной девушкой из обслуживающего персонала базы. Механические, как по методичке, знаки внимания из банальных цветов, ужинов, развлечений и секса не только не принесли облегчения, но и заставили чувствовать себя мерзавцем.
Тогда я сдался, признал поражение. Но затаился, как птица, попавшая в силки. Поначалу она трепыхается а потом замирает, ожидая, выгадывая, когда охотник ослабит веревку и тогда можно будет спастись, рванув на свободу.
Разрешил себе увидеться с ней, надеясь, что близкое общение принесет разочарование и долгожданную свободу от этого гребаного чувства, зависимости от нее.
И снова сам себя обманул.
Она была моей. Просто моей.
Моей женщиной, которую я встретил слишком рано, для нас обоих, но с которой я не хотел больше расставаться.
Я как скупец давал ей крупицы. Крупицы времени, крупицы информации, крупицы будущего. Сам же брал от нее жадно, все, что она бесхитростно отдавала. Её время, её внимание, её любовь.
Всё еще думал, что могу не выбирать между ней и моей прошлой жизнью, куда ей вход был закрыт, что могу получить сразу всё, идиот.
Она и была мое всё.
Я понял это в тот момент, когда увидел её, бледную,обескровленную, с потухшим синим взглядом, привязанную к процедурному столу в лаборатории Корина.
***
Неподвижное тело, лежащее навзничь в одном из подземных бункеров береговой ПВО, медленно зашевелилось. Мужчина вытянулся на цементном полу, с трудом двигая затекшими конечностями, попробовал привстать, но голову повело, и он снова лег, пытаясь сглотнуть пересохшим горлом.
В прошлый раз он был в отключке несколько часов, сейчас, видимо времени прошло больше – Шен прикрыл глаза, борясь с подступающей тошнотой, но почти сразу распахнул их снова, боясь в который раз потерять сознание.
Отключаться было нельзя.
Непозволительная роскошь, тратить те немногочисленные часы, которые у него остались до окончания контракта Ведьмы. Он должен быть рядом, когда это произойдет.
Когда она вернется к нему.
В нескольких метрах гудела, мелко вибрируя серая шкура пси-барьера, закрытой сферой защищающая центральный пункт управления ИИ.
Сам этот бункер командор нашел несколько дней назад. Шен всё рассчитал правильно - по себе ИскИн стрелять не станет. Поэтому когда поле городской застройки на карте стало покрываться наносимыми группами спасателей оранжевыми кляксами мест, куда уже были прилеты, оставшиеся синими участки – территории по которым обстрелы не велись и были наиболее вероятными местами его расположения.
Пара недель ушла на то, чтобы проверить их все и, наконец, найти этот совсем небольшой и не самый труднодоступный схрон военных.
Он знал, что просто не будет.
Но то, что взломать систему и отключить ИскИна, планомерно уничтожающего город будет невозможно – не предполагал.
Система была замкнута сама на себе – атомный генератор питающий пси-поле находился внутри сферы, образованной этим полем, проникнуть через которое ни один человек не мог. Защита реагировала на пси – излучения, создаваемые людьми, за несколько секунд воздействия отключая сознание и оставляя ощущение, схожие с контузией. Простейшие дроны и даже с трудом раздобытый командором более совершенный робот вырубались барьером излучения еще за несколько метров, до рябившей серой занавеси. Сам Шен предпринял несколько попыток проникнуть внутрь, вколов себе разные комбинации блокаторов и даже попытавшись проскочить поле с разбега. Последняя идея была видимо самой неудачной, раз он потратил так много драгоценного времени, отлеживаясь на бетоне, после того как поле отбросило его.