— Не будем отчаиваться, — сказал Дед. — Я в свое время прикончил не одного американца, но до сих пор неплохо себя чувствую.
— Это ты где сподобился, деда, американской кровушки попить? — поинтересовался Уокер. — Чаю, в Афганистане?
— Там, внучек, там. Чего побледнели оба? Хуже того, что есть, ничего не будет. Зона все спишет.
— Эк ты как заговорил, папаша! — Уокер с интересом посмотрел на Деда. — Быстро ты законы Зоны усваиваешь.
— Быстро. Я всегда учился быстро, потому и жив до сих пор.
— Туман сгущается, — внезапно сказал Уокер.
Мы как разподходили к перекрестку, где дороги расходятся на север, в сторону Янова, на Лиманск и на юг, к Янтарю. Туман появился под деревьями, густел буквально на глазах и уже выползал сизыми рваными клочьями на дорогу. Одновременно стих ветер, и стало тихо до жути.
Гулять в тумане по Зоне — не самое благоразумное занятие. Будто в вате ходишь. Туман в ЧЗО тоже аномальный, особый, такой на Большой земле нечасто увидишь — плотный и тяжелый, видимость в нем практически нулевая. Он отлично маскирует аномалии, да и мутанты умело пользуются мглистой пеленой, чтобы подкрасться и атаковать наверняка; туман непонятным образом глушит звуки. Есть у чернобыльского тумана еще одна крайне неприятная черта — все устройства, от компаса до ПДА в этой мгле начинают глючить или попросту отключаются. Естественно, что сталкеры при возможности стараются избегать каких-то передвижений, если появляется туман. Но у нас не было выбора, и все, что нам оставалось делать — это продолжать движение и надеяться на извечное русское "авось".
Держа оружие наготове, мы дошли до перекрестка, и здесь Уокер внезапно остановил нас.
— Слышите? — воскликнул он.
— Вроде как гул какой-то, — неуверенно сказал я.
— Шум двигателей, — сказал Дед. — С дороги, быстро!
Мне не нужно было повторять дважды эту команду. В обступившем нас тумане было что-то пугающее, жуткое, а тут еще этот необъяснимый шум. У меня появилась мысль, что за нами с Армейских складов послали погоню.
— Туда! — Уокер побежал к едва заметным в тумане густым зарослям ракитника, увлекая нас за собой.
Кустарник рос за неглубоким кюветом, отделяющим дорогу от леса, он был как бы естественной границей этого леса, а в самом кювете громоздились кучи валунов — вот за одну такую кучу мы и укрылись. Тяжелый гул стал ближе, какая-то мощная техника шла прямо в нашу сторону по дороге. Признаться, я ощутил необъяснимый, липкий страх.
— Что это? — прошептал я.
— Тсс!
Не могу сказать, сколько мы ждали вот так, вжимаясь во влажную почву и стараясь лишний раз не дышать — может, минуту, может, пять, а может быть, целый час. К гулу и лязганью добавилась ощутимая дрожь земли, и эта вибрация отдавалась во всем теле. И вот тут, несмотря на весь мой ужас, я заметил, что туман вокруг нас поредел, из сплошной грязно-белесой пелены выплыл участок дороги прямо перед нами, и я увидел такое, о чем буду. наверное, вспоминать до конца моих дней.
По дороге шла армейская колонна. Впереди танк, приземистый, рокочущий, лязгающий гусеницами и дымящий дизельной гарью, весь обвешанный элементами динамической защиты. За танком шли два УАЗа, две "маталыги" — бронированные тягачи МТЛБ, — и колесный бронетранспортер, а за бронированными машинами вытянулась целая вереница тентованных трехосных "Уралов" и "Зилов", наверняка с солдатами на борту. В центре армейской колонны инородным телом смотрелся красный гражданский ПАЗ-672, на лобовом стекле которого был закреплен плакат "Люди". Я вытянул шею, чтобы разглядеть людей внутри автобуса, и лучше бы я этого не делал!
В автобусе действительно кто-то был. Я говорю "кто-то", потому что это были не люди — светящиеся голубоватым светом призраки в ОЗК и противогазах. Они не смотрели на меня, очки их противогазов были направлены в одну сторону, по ходу движения колонны. Сидели неподвижно, все в одной позе. Меня будто ледяным холодом обдало.
— Ааааааа!
— Тихо! — Уокер пребольно ткнул меня в бок. — Рот закрой!
— Это… это….
Следом за автобусом и грузовиками шла машина АРС — 14КМ, за ней пара "шишиг" с кунгами, автокран и две инженерные машины, 616-ая и дегазационная машина ДКВ. Следом ехали санитарный УАЗ "Буханка" с красным крестом на корпусе, еще какая-то техника, назначения которой я не знал, и замыкали эту колонну два самосвала КРАЗ. Когда последняя машина ушла в туман, гул двигателей разом стих. Колонна ушла в туман и растворилась в нем. Наступила жуткая звенящая тишина, и белесая пелена вокруг нас начала быстро рассеиваться.