Он колотил кулаками по камню, а тот становился липким от его крови. Каждый новый удар превращал руки в кровавое месиво. Каждый новый удар был как беззвучный крик о брате, о старике, о предательстве, о непоправимом, о потерянном навсегда!
ХРУСТ! И 11-ый взревел от боли.
Его тело тряслось мелкой дрожью, как у зверя, загнанного в угол. Дыхание хрипело в пересохшем горле. В ушах стоял высокий пронзительный звон, а искалеченные руки адски горели.
Но ярость не ушла. Она осела на дно тяжелым грузом.
«А он? Он только руки вдребезги разбил. А Луакарта все это никак не задело! Он как сидел на своем троне, так и сидит! Ему не больно! Не страшно! Ему плевать! Наверное, как обычно улыбается, довольный очередной своей крошечной победой!
Этот старик!
Эта мразь!
Он должен ответить за все, что сделал с ним! Он должен ответить за свое вранье! Если бы не обещание, что он дал…»
– Я бы никогда не превратился в это! – взревел 11-ый, глядя на свои окровавленные изломанные конечности, что уже начинали исцеляться. А фамильяр внутри рвался наружу.
11-ый посмотрел вперёд, вспоминая, как быстрее всего добраться до храма, и рванул на безумной скорости через площадь.
Опустившаяся ночь, освещенная полной луной, создала множество длинных теней, тянувшихся от заброшенных домов и улиц, через которые он мчался, преодолевая все препятствия.
«Я поклялся родителям, что буду защищать тебя, Ранса!»
11-ый без всякого страха прыгал по крышам, переносился через глубокие ямы и узкие переулки, а Хомисида внутри него продолжал исступлённо метаться.
«Я так старался, брат!»
Впереди замаячил обрыв.
«Но почему не получилось?!» – И он прыгнул через пропасть, в миг оглохнув от оглушительного вопля фамильяра.
– Не ори, тварь! Я не собираюсь умирать здесь! – Коснувшись земли на противоположной стороне, рванул дальше в поисках подходящего места для перемещения.
«Сначала Луакарт пожалеет! Эта старая тварь! Убью всех его левазр! Сломаю его любимое подземелье! Сожгу библиотеку! Обезглавлю его прислужников! Единственную ученицу! Пусть попробует властвовать, не имея никакой власти!»
– Хомисида! Ко мне! – И фамильяр, наконец, вырвавшись на свободу, с громоподобным рёвом взмыл в чернильное небо.
11-ый, уловив краем глаза тень меж освещенных лунным сиянием руин, уже повернул туда, но вдруг, словно громом пораженный, замер на месте, взметнув вокруг себя облако пыли.
Перед ним парил изящный астральный двойник Анайрэ.
– Как ты здесь… – удивленно осмотрелся он и поглядел на полупрозрачный силуэт перед собой, а затем, чуть наклонив голову в бок, посмотрел на темный прогал, что как раз был за ним.
Двойник молча парил и внимательно смотрел на него, а 11-ый нервно прочистил горло и направился дальше, но копия вновь преградила ему путь, появившись прямо перед его носом.
Левазра прекрасно знал, что это не препятствие и его можно пройти прямо насквозь, а потому так он и поступил.
Однако астрал вновь появился перед ним.
– Хватит! Везде за мной ходить будешь?
Ответом ему послужил долгий взгляд алых глаз.
11-ый задумчиво кивнул, а уже в следующий миг молниеносно рванул к тени.
Он выскочил на краю города, но и тут астральный двойник настиг его.
– Тебе нельзя со мной! Уходи! – рявкнул на полном ходу, видя, как призрачный силуэт несется следом, будто привязанный.
Ещё одна дорога, ещё одна площадь. Обрывы, ямы, неожиданные повороты, но копия не отставала. Она словно читала мысли левазры, предугадывая каждый его шаг и безошибочно определяя, куда он движется.
Новые развалины встретили 11-го битым кирпичом и пустыми темными окнами заброшенных особняков.
Он проскользнул в лабиринт их коридоров, надеясь сбить преследователя с толку, но сразу же увидел белое сияние двойника, которое осветило собой пространство вокруг. Это сияние отбросило причудливые тени на искореженные стены, и на них 11-ый заметил, как его черное отражение отчаянно убегает от света.
Он бежал по лестнице наверх, а там со всего маху выпрыгнул из разбитого окна и растворился в полной темноте.