Лучник, издавая звериный рык, в отчаянии бросился в атаку со стрелой в руке.
Мечник тоже поднялся, шатаясь. Его меч описал широкую дугу, разрубая воздух, и обрушился на колонну, кроша камень. Но 11-ый уклонился от удара, проскользнув под ним с невероятной грацией, а в это время его цепь обвилась вокруг запястья 26-го, затягиваясь, как удавка.
Резкий рывок, и меч с глухим стуком вонзился в каменный пол, вырванный из ослабевшей руки. А 26-ой полетел вперед и рухнул рядом с алтарем, истекая кровью, потянулся к оружию, но Анайрэ внезапно вскочила и обрушила на его голову обломок колонны.
11-ый её поступку удивился, но одобрительно кивнул.
– Не отвлекайся, – прошипел лучник, вскидывая лук, что снова был цел. Пусть его плечо было повреждено, пусть он с трудом натянул тетиву – но он не собирался сдаваться.
– Беги, – глухо сказал 11-ый девушке, не отводя от врага серых, как туман, глаз.
Она колебалась, не желая оставлять его одного.
– Я сказал, БЕГИ!
Анайрэ, напугавшись его властного тона, торопливо кинулась прочь, растворяясь в тумане.
Лучник же не сводил взгляда с противника, готовый к последнему рывку:
– Я потом её найду.
– Хомисида, с ней.
Фамильяр, что все это время кружил в воздухе, ожидая приказа, взревел и, захлопав крыльями, понесся следом за девушкой.
Её шаги затихли, и 11-ый едва слышно выдохнул.
– Преподобный убьёт тебя за это.
Лучник выпустил стрелу, но её разбила сталь серпа. Затем ещё одну и ещё одну, превращая их в бесполезные щепки.
Солнце на миг выплыло из-за туч, и тени левазр вытянулись. Атака! Они оба исчезли в тени друг друга и появились вновь. Лучник в углу, а 11-ый прямо за его спиной.
– Он попробует, – пробормотал 11-ый, и цепь вновь обвилась вокруг шеи 13-го, сжимаясь, как смертельная петля. – Но ему придется послать кого-то сильнее тебя. – Раздался щелчок сломанных позвонков, и тело лучника обмякло, рухнув на землю бездыханной куклой.
А его лук оглушительно завизжал и растекся по каменному полу черной жижей, как и все щепки от стрел.
– Так все-таки твоим фамильяром был кусок дерева, – равнодушно глядя на поверженных противников, произнес 11-ый.
Солнце, снова прорвавшись сквозь небесный свод, озарило руины древнего храма. Свет заскользил по обломкам статуй, изувеченных временем, по остаткам мозаичного пола, испещренного паутиной трещин, и по 26-ому, лежавшему у алтаря без сознания.
Но 11-ый проигнорировал его.
И только он хотел покинуть это место, как настороженно замер. Весь распрямился и обернулся:
– Я слышу тебя.
А в ответ громкий рык расколол тишину.
– Надо же, рогатый здесь.
11-ый стремительно выскочил из храма и увидел противника воочию.
– 21-ый.
Тот, спрятав лицо под капюшоном, неторопливо крутил кунай на пальцах. А рядом с ним стоял его прислужник из Скуала. Фамильяр размером с хорошо откормленную корову, был похож на тигра. Его черно-синяя шерсть плыла, будто зыбкая черная вода, а на лбу торчали четыре рога, похожие на обсидиановые клинки. Этот фамильяр не умел бегать; для перемещения он использовал магию, схожую с магией Хаина. Только он не открывал порталы; он просто исчезал в одном месте, а появлялся в другом непредсказуемо и мгновенно.
– Ещё не сгнил, значит.
21-ый молчал. Он вообще ничего не делал без приказа, безропотно повинуясь лишь воле Преподобного.
11-ый напряженно пытался найти выход из этой ситуации. Он прекрасно понимал, что в открытом бою ему не выстоять. Его единственным шансом было использовать слабости, если таковые вообще имелись у этой бездушной машины. После обряда Очищения 21-ый не чувствовал ни боли, ни усталости.
Мысль о Хомисиде мелькнула в голове. Помощь этой твари сейчас была необходима, чтобы уравнять шансы, но пусть лучше охраняет Анайрэ. Чем дольше она на свободе, тем больше вероятность, что Хаин успеет к ней. Этот любитель дорогой одежды непременно вернется, увидев, что портал схлопнулся.
– Делать нечего. – Раздался звон появившихся цепей. – Нападай!
Свист стали! Кунай 21-го рассек воздух, но лишь коснулся пустоты, 11-ый успел увернуться. Следом тут же вылетели три метательных ножа. Задел только один, оставив кровавый след на щеке.