Хаин, чуть подавшись вперед через столешницу, осторожно, не касаясь девушки, взял в руки кулон с небесно-голубым кристаллом, покоившийся на ее шее.
Задумчиво перебирая прохладный металл цепочки между пальцами, он тихо спросил:
– Исправно работает?
– Да, директор. Благодаря Вашему подарку я могу ходить в Анимдам. Но как Вы и просили, я делаю это только из крайней необходимости, – торопливо уверила она Омалённого, и тот одобрительно кивнул.
– Что творится в городе? Расскажи.
Девушка вздохнула и села в мягкое кресло за столом:
– Разруха. Голод. Насилие. Преподобный не справляется. Город ропщет. – И тут глаза цвета моря прищурились, недовольно уставившись на Хаина. – И все это из-за вас!
– Тише ты! – приложил он палец к своим губам. – Всем студентам еще расскажи, что их директор сотворил.
– А вы когда это творили, о студентах думали?
Хаин вздохнул и подошел к окну, взглянув на цветущий сад:
– Я думал о том, что, когда меня не станет, ты займешь мое место.
Глаза девушки распахнулись так широко, словно она чудовище увидела. Подскочив с места с немыслимой скоростью, Альтерия едва не потеряла равновесие, но успела ухватиться за угол стола. Застыв на полусогнутых, сбивчиво выпалила:
– Вы чего удумали?!
А Хаин, бросившийся было поддержать ее, убедившись, что она устояла, замер на полпути. Положил ладонь на лицо, и сквозь пальцы прорвался его приглушенный стон:
– Небеса, эта женщина…
– То, что вы меня заставили вам помогать управлять академией, не значит, что я стану ее директором! – Она расправила свои плечики и, гордо вздернув подбородок, подошла к нему в упор и ткнула пальцем в грудь:
– Ни за что!
– Ну, а если я попрошу тебя об этом не как своего заместителя, а как доброго друга?
Девушка тут же в лице поменялась. И осанка ее пропала, и выражение строгости улетучилось. Она печально посмотрела на Хаина:
– Вы снова сделаете что-то, о чем мне лучше не знать?
– Скорее всего.
– И вы считаете, что я смогу управлять академией без вас?
– Я знаю это.
– А если я не хочу?! – В её голосе зазвучала мольба. – Может, просто стоит перестать противиться воле Луакарта? Просто вернитесь в академию! – В синих глазах заплескалась тоска, и Хаин, не выдержав этого пронзительного взгляда, резко отвернулся.
«… Я прошу тебя, любимый, давай просто уйдем! Мы с твоим даром наверняка сможем найти забытое всеми тихое место и прожить там счастливую жизнь! Твой брат никогда не примет меня! Майнариз ненавидит меня и мучает тебя! Я прошу тебя, Хаин!»
Он закрыл глаза, пытаясь не думать о прошлом и, справившись с порывом нахлынувшего чувства вины, вновь повернулся к девушке, что тревожно глядела на него:
– Альтерия, мне больше некого просить об этом. Одной тебе я могу доверить это место, что создал с нуля. Академия – мое детище, – осмотрелся Хаин. – Прошу тебя, позаботься о его процветании вместо меня, если это станет необходимо.
Девушка же молчаливо смотрела на Омалённого, но, в конце концов, пусть и не желая этого, склонила голову в поклоне.
Хаин не мог выносить до боли знакомой гримасы испуга на девичьем лице, а потому робко притянул Альтерию к себе, заключая в осторожные объятия. Она не стала противиться, положила свою голову ему на грудь и с тяжелым вздохом закрыла глаза.
– Я надеюсь, что умру раньше вас, – тихо произнесла девушка.
Хаин же, угрюмо глядя в окно, аккуратно погладил ее по волосам:
– А я не желаю больше видеть смерть дорогих мне созданий.
11-ый и Кастос подошли к парящему над землей острову, с которого лилась вода и свисали зеленые вьюны.
Солнце, пробиваясь сквозь пелену облаков, окрашивало этот водопад в радужные цвета, создавая мимолетные, призрачные мосты между островом и землей внизу. Звук падающей воды, словно мощный орган, заполнял все вокруг. Коренья, что виднелись сквозь пышную растительность, переплетались друг с другом и утопали в озере, расположенном прямо под островом.
– Вот здесь не будет проблем из-за ветра. По кругу лес. Пресная вода. Водится рыба, неопасная живность.