– Не надо! – Анайрэ шагнула было к нему, но замерла и печально вздохнула. – Ей не нравится, что я хочу изучить окрестности. Говорит, это опасно. Она переживает за меня.
11-ый не понимал ее странного отношения к несуразному поведению старухи. Он бы ей просто руку сломал. Лехакриф все-таки, вылечит. Но раз нельзя…
– Хочешь, покажу тебе одно место? – наконец предложил, осознав, что и сам жаждет сбежать подальше от всеобщего недовольства. И, не найдя ни единой причины отказать себе в удовольствии провести этот побег в тишине, которую ему дарует присутствие Анайрэ, он вопросительно взглянул на неё.
– А можно? – тут же оживилась девушка.
– Вряд ли кто-то здесь может мне запретить.
– Я только бабушку предупрежу, и идем! – радостно выскочила она из шатра, а он с тяжелым негодующим вздохом вышел следом.
«Я уже все собрала… меня 11-ый проводит… с ним ведь не опасно…», – донеслись до него обрывки разговора, в который он особо вслушиваться не хотел.
Но стоило старухе лишь приоткрыть рот, чтобы возразить, он испепелил ее взглядом, заставив прочувствовать всем телом и душой клокочущую в нем ярость.
Лавиния содрогнулась от леденящего холода, мгновенно закопошившегося в груди, и лишь слабо кивнула.
«Иди… Раз уж так».
Анайрэ подбежала к нему и, широко улыбнувшись, предвкушая что-то необыкновенное и новое, выпалила:
– Куда отправимся? Далеко идти?
– Довольно-таки, – прикинул 11-ый. – Поэтому думаю, будет лучше тебя туда перенести. – И он просто пошел к лесной полосе, а Анайрэ радостно направилась за ним.
– Куда он ее повел? – настороженно спросила Бейнара, видя, как те двое отдаляются от лагеря.
– Куда бы ни повел, ей сейчас безопаснее, чем всем нам, – просто буркнул Кастос, не отрываясь от упаковывания лежанок. – Давайте поторопимся. Солнце скоро сядет. А я слышу, как хищники рычат в темноте с каждым днем все ближе и ближе.
Лавиния же глазами, полными страха и ненависти, глядела вслед внучке, идущей рядом с левазрой:
– Этот гад… И что он к ней прицепился!
Они вышли на просторную поляну, щедро залитую солнечным светом, в самом центре которой величаво возвышалось раскидистое дерево.
11-ый отступил в прохладную тень, отбрасываемую его густой кроной:
– Иди сюда.
Анайрэ приблизилась, бесстрашно взирая прямо в серые глаза:
– Вот так? Унести нас отсюда хочешь через тени?
Он кивнул и осторожно коснулся ее талии рукой. Застыв на мгновение, будто пробуя момент на вкус, понял, что девушка не против, и уверенно прижал ее к себе.
– Это не портал как у Хаина. Я тебя действительно понесу. Поэтому и держаться нужно крепко.
– Я помню, – предвкушая маленькое приключение, заулыбалась Анайрэ.
11-ый чуть наклонился к ней:
– Обними меня за шею.
Легкий румянец тронул щеки девушки. От его близости дыхание перехватило, но она, справившись со смущением, положила руки на широкие плечи. Затем, привстав на цыпочки, обвила ими его шею.
– Так?
– Умница. – И в тот же миг мир вокруг погрузился в кромешную тьму.
Лишь на долю секунды Анайрэ ощутила, как некая сила тянет ее назад, а затем – резкий толчок вперед, словно от внезапной остановки, и она судорожно вцепилась в левазру. Мимолетный проблеск света – и снова прыжок в густую, непроглядную темноту.
Затем снова всплеск света и снова прыжок.
В череде этих хаотичных рывков и провалов она крепко зажмурила глаза и не сразу поняла, что больше они не движутся и стоят в тени вишни.
– Смотри.
Но Анайрэ уже смотрела в его глаза и тонула в глубине их туманных очертаний. Сейчас он был так близко, обнимал так крепко, словно защищал от всего мира. В его объятиях, несмотря на их недавнее знакомство, ей было спокойно.
– Туда, – левазра едва заметно кивнул головой вперед.
Анайрэ, очнувшись от забытья, смущенно отступила на шаг. Обернулась и замерла, пораженная открывшейся красотой.
Они оказались на холме. На том самом, у подножия которого простиралось поле, усеянное алыми маками.
– Это же… – стала заикаться она. – Это же… то место… из, – ткнула себя в лоб пальцем, – когда птица твоя… То самое место! – радостно пролепетала и закрыла рот руками. – Маковое поле! Река! Этот аромат, – потянула носом, вдыхая пьянящий запах, полный свежести и сладких нот. – Это место действительно существует!