Он появился на берегу. Не теряя ни секунды, взмахнул рукой. Время замерло в тягучей неподвижности. Оглядевшись, не увидел следов недавней схватки, но, не поддавшись обманчивому спокойствию, нырнул в озеро. «Что-то здесь не так…» – только и успел подумать, когда понял, что озеро – это исток реки. Так быстро, как мог, проплыл к большой воде и начал погружаться ещё глубже.
Хаин плыл, отчаянно пытаясь уловить знакомые отголоски энергии, и, наконец, почувствовал их. Он увидел мальца. Две мерзкие вамфасы, опутав тело 11-го щупальцами, терзали его, глодая находу прямо живьем. Застывшие под действием магии времени, они оскалили пасти, из которых свисала ядовито-зеленая слизь, и смотрели на левазру, как на невероятно лакомый кусок.
Омалённый бросился к нему, отчаянно пытаясь вырвать его из цепкой хватки щупалец, но те намертво впились в плоть
«Равновесие!»
Из самой толщи воды, подобно ослепительной молнии, возник астральный клинок. Он рассек щупальца одним стремительным взмахом, высвобождая жертву. Хаин, не теряя ни секунды, подхватил левазру и рванул с ним к поверхности. Вынырнул, жадно ловя ртом воздух. Обхватив двумя руками 11-го, чьи раны фонтанировали замерший во времени алой кровью, открыл портал посреди реки. Они выпали из него прямо в лагерь, к ошеломленным взглядам. И только тогда Омалённый вернул время в его привычное русло.
– Анайрэ! – взревел он, срывая с плеч мантию и прижимая ее к большой ране на шее левазры, из которой начала хлестать багровая кровь. – Анайрэ, скорее!
Но девушка и так уже неслась к распростертому на земле, израненному 11-му, со всех ног.
– У него… – пролепетала Бейнара, приблизившись и застыв в ужасе, – у него пальцы обглоданы … и плечо… – Она прикрыла рот ладонью и, побледнев, отшатнулась, ее вырвало прямо на траву. А Анайрэ, не выказывая ни брезгливости, ни страха, с ледяным спокойствием опустилась на колени рядом с левазрой, воздела над ним руки и зашептала. Старушка было бросилась остановить ее, но, встретившись с испепеляющим взглядом Омалённого, осеклась.
Хаин был не расположен к беседам. Он опустился напротив Анайрэ, закрыл глаза, и его собственная энергия мощным потоком устремилась к девушке. Вокруг нее заструился туман, переливающийся всеми оттенками солнечного света. Из тумана проступили золотые символы, медленно закружившиеся в воздухе. Они мерцали и вращались, складываясь в сложные, замысловатые узоры, будто письмена какого-то древнего, забытого языка. Символы танцевали над ранами левазры, лаская его кожу своим сиянием. В то же время, по телу девушки расползались жуткие багровые полосы, словно невидимый хлыст рассекал ее кожу. Бейнара, не в силах вынести этого зрелища, разрыдалась и, судорожно закрыв глаза руками, уткнулась лицом в плечо мужа. Кастос же стоял, словно громом пораженный, и, не отрываясь, смотрел на левазру, окутанного золотым сиянием, исходящим от девушки. Он наблюдал, как привычный мир вокруг него в очередной раз рушится.
«Почему этот убийца раз за разом спасает их? И кто эта девушка? Омалённая, способная исцелять левазр?»
11-ый открыл глаза и тут же судорожно закашлялся. Вода, которой он успел нахлебаться, требовала выхода, и, изрыгая речную муть, левазра перевернулся на бок.
На земле алели капли крови.
Ему сразу все стало понятно.
Он поднял глаза, и тоскливое, полное боли выражение лица сказало за него все.
Алые ручейки текли из ярких красных глаз. Девушка счастливо улыбнулась и протянула к нему руку, однако тут же бессильно обронила ее, словно конечность окаменела. Веки ее медленно сомкнулись, и она начала заваливаться на бок, но 11-ый успел подхватить ее голову, подложив под нее ладонь.
– Надо к источнику, – прохрипел он, бережно поднимая Анайрэ на руки. Потянулся было к кристаллу на шее, но увидел Хаина. – Открой.
Тот кивнул, взмахом руки разрывая пространство.
– Идите, я приду за вами чуть позже.
Левазра едва заметно мотнул головой в ответ и исчез с девушкой на руках в мерцающей дымке портала.
Омалённый же поднялся, и теперь, держа в руках окровавленную мантию, с пугающей злобой уставился на присутствующих:
– Серьёзно? Опять! Вас нельзя оставить ни на секунду! Почему вы вечно норовите в пасть к чудовищам?! Какого лешего вы делали у озера ночью?! – проревел он.
Лавиния вздохнула: