Караульный вздрогнул и тут же направил копье на неожиданно появившегося левазру, но, увидев кто перед ним, торопливо отступил и склонил голову.
– Многоуважаемый 11-ый левазра, рад приветствовать. Вы направляетесь на Топи?
– Верно. Тело 7-го у вас?
– Логофет уже направил его останки в храм.
– А его фамильяр? У него был двухголовый волк.
– Как и всегда, лужа черной жижи.
– Сдох без хозяина.
– Так точно.
11-ый подошел к противоположному краю стены и посмотрел вниз.
Его взору открылся серый сумрачный лес, раскинувшийся на многие мили вперед. Иссохшие голые деревья, изломанные ветви которых тянулись к небесам, словно руки в безмолвной мольбе о спасении, и черные болота, полные мрачной красоты – это все, что наполняло восточную часть Анимдама. Заброшенное, опустелое место, пугающее своей гнетущей тишиной.
Левазра отвел в сторону левую руку:
– Хомисида.
Из тени тут же вырвался фамильяр и сел на предплечье хозяина.
– Ищи, – черные нити их связи сплелись, и фамильяр, гортанно завопив, рванул в небо в поисках монстра, а 11-ый понесся за ним.
Дозорный напугано сглотнул:
– Сколько не смотрю на них, никак не могу привыкнуть.
Левазра несся вглубь темного леса, пока не услышал призывный крик фамильяра. Чуть сменил курс и через некоторое время оказался на месте, прямо под летающим по кругу Хомисидой.
Увидел расколотую дыру в пространстве, но монстра рядом не было.
Прислушался.
Тишина.
«Эта тварь явно где-то здесь».
И тут замер.
Из темных глубин черного болота медленно поднималось чудовище, похожее на змею. С ее тела стекали грязные потоки, обнажая восхитительную цветную чешую, переливающуюся на свету ядовитыми глубокими зелеными оттенками. Змея поднималась все выше и выше, завораживающе переплетая свое тело. Эта тварь была олицетворением самой смерти, неукротимой жажды крови, беспредельной мощи и, возвысившись над болотом, вгляделась в человека.
– Хомисида, нападай!
Искры ярости вспыхнули в глазах чудовища, подобно смарагдам, объятым пламенем, и змеиный хвост с оглушительным грохотом обрушился на землю. Земля содрогнулась, а попавшие под удар деревья, словно тростинки, разлетелись в разные стороны.
11-ый еле успел увернуться от столь мощного и молниеносного удара. В последний момент он отскочил, и острый длинный шип на конце змеиного хвоста пролетел мимо, а тем временем в змеиное тело впились острые когти Хомисиды.
Огромная тварь, почувствовав удар, яростно зашипела, показав раздвоенный язык, и с еще большим остервенением кинулась на левазру.
В этом стремительном ритме битвы, среди плавных изгибов и резких поворотов, змея будто исписывала в воздухе неповторимый танец, а 11-ый безостановочно уклонялся от ударов хвоста, нырял из тени в тень и уворачивался от летящих во все стороны обломков деревьев.
– Еще! Мизрана! – на ходу крикнул фамильяру, что ошалело впивался клювом в твердую змеиную чешую, пытаясь перетянуть внимание чудовища на себя.
– Возьми еще!
Тот на миг взмыл ввысь, с оглушительным воплем расправил изменившиеся крылья и с новыми силами кинулся в бой.
11-ый безостановочно продолжал метаться в буре пыли и щепок, почти вслепую, опираясь только на звук и свой опыт. Повсюду царил хаос. В нос бил нестерпимый зловонный запах болот. Тут и там в него летели острые куски деревьев, ветки, камни, болотная грязь.
Вырвавшись на появившийся прогал света и оценив расстояние между собой и змеей, 11-ый резко дёрнул ладонью, и в ней появился изысканный серп с изогнутым лезвием. Продолжая избегать удары чудовища, набегу расслабил руку, и явившая себя из невидимых пут цепь со звоном понеслась вниз. Как вдруг…
Левазра застыл на месте. Воздух перестал поступать в легкие, словно их сжали в тиски. Зрение начало меркнуть, по краям картины мира стали расползаться черные пятна. Ощущение чего-то чудовищного, инородного пронзило тело 11-го.
Опустив глаза, он увидел, что из его груди торчит шип змеиного хвоста, а по земле растекается темная лужа крови.