– Не надо ссориться. Пожалуйста.
Он уставился в её ало-фиолетовые глаза, в которых плескалось доверие и нежность, глянул на Кастоса, который застыл в ожидании его решения, и кивнул. А тот ошалело уставился в никуда, пытаясь понять происходящее. «Как у неё это получается?!»
– Чем собираешься заниматься?
– Хочу закрыть проход в пещеру вамфас.
Кастос прислушался к их разговору, настороженно нахмурив брови.
– Но они же теперь внизу. Может, не стоит так рисковать?
– Нужно знать, где можно ожидать врага. Если когда-то здесь откроется раскол, лучше, чтобы такие твари, как вамфасы, не мешали.
– Об этом я не подумала… Раскол… И левазры могут тогда прийти… А ещё ищейки… Я будто забыла обо всем этом… Так странно, – растерянно пролепетала Анайрэ и тут уставилась на 11-го, словно нашла в нём ответы на свои вопросы. – Наверное, потому что с тобой я чувствую себя в полной безопасности.
Тут раздался шумный вздох Кастоса, полный возмущения.
– Что такое? – посмотрела на него девушка.
– Он недоволен, что ты говоришь подобное мне, – отрапортовал Изэй, глядя на стража с лёгким прищуром.
– Но разве я не права?
– Ага. Права, – сердито хмыкнул Кастос, отворачиваясь.
«Анайрэ!» – раздался недовольный крик старушки, что вышла из шатра, нахмурившись, как грозовая туча. – «А ну-ка иди сюда!»
Та расстроенно взглянула на Изэя и поспешила к бабушке, словно провинившийся ребенок, а он проводил её задумчивым взглядом.
– Хаин принесет тебе меч, – произнес, когда девушка скрылась за пологом шатра.
– Неужели? Нууу… спасибо.
11-ый просто кивнул.
– Только вот если раскол…, то толку от меня не будет даже с мечом. Да и левазру мне не одолеть.
– Если враг гораздо сильнее, отвлеки его и беги.
– Это ж как можно отвлечь левазру?
– Землей в глаза. Главное, подгадай момент. Как ни крути, а ослепнет он так же, как и обычный человек. Потом беги вперед, а не ему за спину.
– Почему?
– При опасности левазры отпрыгивают назад. Рефлекс. Так он сам от тебя отдалится и даст фору. Беги или в кромешную тьму, или туда, где нет тени. Это даст шанс на побег. Или, если представится шанс ударить, используй меч… смажь его ядом даоты, он не убьет, но заставит левазру замереть на какое-то время.
– Почему ты мне это говоришь?
– Могу и не говорить.
– Да почему ты всегда так отвечаешь?! По-человечески нельзя? Ты же мне своих же сдаешь. Совесть не мучает?
– Своих?
– Ну, левазр.
– Мы друг другу не друзья. Мы все соперники и конкуренты. Так что нет, не мучает.
– Как это соперники? Погоди. Не понимаю.
– После обряда над 21-ым все выслуживаются перед Луакартом как могут чтобы не повторить его судьбу. Тут никакой дружбы быть не может. Только сила решает все.
– Сила? Так это получается… тебя даже левазры ненавидят. Ты ж был в любимчиках у Преподобного.
Серые глаза уставились на Кастоса, отчего у того холодок по спине пробежал.
– Обрадовался?
Кастос встретил его взгляд и удивленно отметил, что глаза у него как глаза, и нет в них ничего пугающего:
– Не знаю. Тяжело так жить. Когда все кругом тебя ненавидят.
11-ый ничего не ответил.
– Насчет вамфас, – поторопился страж, зная, насколько внезапно этот левазра может исчезнуть. – Я могу помочь. Ты ведь явно хочешь устроить обвал в пещере.
– Там храм, заброшенный, внизу.
– Храм? Серьезно? А чей храм был в Леваде? – призадумался Кастос. – Я ведь изучал историю. Кажется…
– Ты видел, да? – вдруг спросил 11-ый.
Страж поднял на него глаза.
– Мои воспоминания. Ты их видел.
– С чего ты взял?
– С того случая в пещере ты странно на меня смотришь.
Тот молчал.
– Успокойся. Если бы я хотел навредить, давно бы уже это сделал.
Кастос набрал полную грудь воздуха и шумно выдохнул:
– Видел.