Хаин появился в Академии, и его взгляд утонул в знакомой, умиротворяющей картине. Здесь, в этом тихом оазисе, его душа находила долгожданное пристанище. Стены, пропитанные духом мудрости, словно обнимали его своим спокойствием и уютом. В воздухе танцевал легкий аромат старинных свитков, переплетавшийся с дразнящим запахом свежеиспеченного хлеба, доносившимся из столовой.
Он шел по коридорам, приветствуя кивком головы и теплой улыбкой знакомых преподавателей и студентов. Радостные возгласы и искренние улыбки сопровождали его на каждом шагу, словно солнечные зайчики. До ушей доносились увлеченные голоса учеников, постигающих тайны мироздания, звонкие трели птиц и шелест листьев, танцующих в объятиях легкого ветерка. Мелочи, прежде ускользавшие от его внимания, сейчас предстали перед ним во всей своей красе, обострив чувства и разбудив давно забытое восхищение.
Хаин направился к своему кабинету и попросил одного из учеников передать Альтерии, что он ждет ее. Тот, кивнув, поспешил исполнить поручение.
Войдя в кабинет, Хаин прикрыл за собой дверь, подошел к шкафу и обнаружил там сверкающие новизной графины, наполненные вином. Откупорив один из них, радостно прикрыл глаза и с наслаждением вдохнул пьянящий аромат.
– Мои запасы пополнены. Благодарю, Альтерия, – прошептал он с улыбкой, наливая рубиновую жидкость в бокал, и опустился в старое, обжитое директорское кресло у окна. Отсюда открывался завораживающий вид на цветущий сад, наполненный пением птиц и жужжанием трудолюбивых пчел. Он блаженно улыбнулся и обвел взглядом кабинет. В комнате царил привычный порядок: книги лежали ровными стопками на столе, свитки покоились на полках, хрустальная чернильница и перо ждали своего часа.
Довольно кивнув самому себе, он с упоением осушил бокал до дна.
– Как восхитительно! Единственное, что не меняется с годами, так это ваше вино, Таиста! – произнес он, глядя на опустевший бокал, и налил себе еще.
В этот миг дверь с грохотом распахнулась, и на пороге застыла Альтерия, бледная как смерть. Увидев его с бокалом в руках, она прошептала дрожащим голосом:
– Вино… отравлено… – и рухнула на пол без сознания.
Хаин, охваченный ужасом, тут же бросился к ней, бережно приподняв ее голову с пола. Затем, с нарастающей тревогой, он взглянул на свой бокал, оставленный на столе.
– Мой Прародитель…
厂入丹乃丹⠀27
Альтерия словно плыла, спускаясь по ступеням академии. Ее взгляд, неторопливо блуждавший по двору, выхватил меж толпы учеников долгожданную картину: келарь, раскрасневшийся от усердия, выгружал из скрипучих повозок горы провизии и раздутые бочки с напитками.
Альтерия на мгновение задержалась возле него.
– Ты быстро вернулся, – оценивающе оглядела она прибывший груз. – Как прошло?
Келарь одарил ее привычной, скромной улыбкой.
– Как всегда, госпожа. Тихо и незаметно. Кто обратит внимание на невзрачного торговца?
Но когда Альтерия уже собиралась продолжить свой путь, он обронил, словно невзначай:
– Правда, винодел какой-то странный сегодня был. Жаловался, что крышки бочек плохо держатся. Велел быть предельно осторожными. Пришлось всю дорогу глаз не спускать, чтобы не пролились.
Он продолжил выгружать провизию, а Альтерия нахмурилась.
– Значит, нужно быть внимательнее с крышками… – задумчиво пробормотала она.
Четыре винные бочки, притаившиеся в самой глубине повозки, словно шептали ей что-то на ухо. Альтерия, приподняв подол платья, чтобы не стеснять движений, торопливо приблизилась к своей цели. Забравшись в повозку, она внимательно осмотрела бочки. На вид ничего особенного, все как обычно. Но сомнения уже пробрались в ее тревожный разум.
Она закрыла глаза, положила ладонь на одну из крышек, а когда открыла, в ее зрачках, словно в зеркале, начали отражаться все события, связанные с этой бочкой. Каждый, кто прикоснулся, каждый, кто дышал на нее, любой, кто хоть как-то имел с ней контакт… Старый Арн, его сын, его жена – все как обычно. И тут Альтерия замерла. Непонятная фигура в черном одеянии, в которой безошибочно угадывалась форма левазры. И Медея? Что они делали у торговца вином? Преподобный никогда не позволял себе столь дешевого напитка. Это только Хаин с его «изысканным» вкусом… – промелькнуло в голове Альтерии. Как вдруг она увидела, что левазра что-то капает в вино, а затем черный дым, густой и зловещий, окутал бочку. Этот самый дым и сейчас явил себя, а Альтерия невольно вдохнула его. Она закашлялась, и видения пропали.