Виверна – порождение хаоса, о котором было известно лишь из легенд и древних манускриптов. Она являлась, когда законы мироздания нарушались. Являлась и карала всех виновных. А сейчас она обрушила свой гнев на Анимдам.
Неужели это из-за левазры, что горит на реле в синем пламени? Или дело в том, что беглый лехакриф до сих пор не найдена?
И тут монстр разразился оглушительным ревом. Земля содрогнулась под ногами, словно потревоженный исполин, деревья склонились под волной первозданной энергии. Истошный вопль ужаса пронесся над площадью, и жители Анимдама, словно стая напуганных крыс, бросились врассыпную. Они покидали площадь с дикими воплями, убегая так быстро, что по дороге теряли обувь.
Подоспевшее подкрепление храмовников попытались сдержать натиск паники. Они выкрикивали приказы, призывая к порядку и строю, но их голоса тонули в криках жителей и зловещем рёве виверны. Щиты поднялись, образуя хрупкую стену, что служила прикрытием убегающим жителям Анимдама.
Новый рык виверны обрушился на площадь, словно воздушная лавина, сминая и опрокидывая все на своем пути. Жители и храмовники, охваченные паникой, отчаянно цеплялись за ускользающую из-под ног опору, ища спасения друг в друге, в летящих обломках зданий и жалких остатках былого порядка.
Хаина тоже отбросило назад яростным порывом, но защитный купол, едва сдерживая натиск, удержал его на ногах. Однако последовавший за этим новый рев чудовища разбил купол, словно хрустальный бокал, и Хаин рухнул на одно колено, придавленный невидимой тяжестью к земле. Когда же гравитационная волна воплей виверны схлынула, он, спешно поднимаясь, вскинул голову и оцепенел.
Из тела 11-го вились черные нити: из его плеч, из его коленей, из головы. Они колыхались, словно зловещие знамена на ветру, вытягиваясь и удлиняясь с каждой секундой.
Будто разряд молнии, перед глазами Хаина вспыхнула картина из прошлого, пронзая память болезненной судорогой:
«Ее фиалковые бездонные глаза, полные неземной красоты… и крик, полный ужаса, застывший маской на лице.»
– Нет… – прошептал Хаин, поднимаясь. – Нет! – и в одно мгновение оказался у подножия помоста. – Равновесие, явись! – прорычал наставник, и рядом возникло его астральное отражение. Идентичный, осязаемый двойник беловолосого Хаина, но с двуручным мечом в руках. – Разбей эту проклятую печать!
Двойник обрушил клинок на печать, но, едва коснувшись её, астральная копия рассыпалась в прах, оставив Хаина в оцепенении ужаса.
«А чего он ждал…»
«Нити тьмы повсюду… Она кричит… Его змеиная улыбка … Она кричит… Нити стягиваются… Он хохочет …Она кричит! Он безумен… Ее тело разрывают муки…Кровь… Море крови… Она кричит!»
Хаин взвыл, сорванный с якоря реальности внезапно налетевшим наваждением. Он отчаянно взмахнул рукой, пытаясь остановить неотвратимое, но магия бессильно скользнула по очертаниям печати. Новый взмах – и время замерло, но адское пламя неумолимо продолжало пожирать душу левазры… и виверна продолжала свой мрачный полет.
– Нет! – вопль ужаса вырвался из груди Омалённого. – Нет… Только не ты… Только не ты… Тебя не могу… Ещё и тебя… Не могу!
Хаин заметался в отчаянии, словно раненый зверь, ища хоть какую-то соломинку, хоть призрачный шанс спасти 11-го. И тут его взгляд зацепился за обломок камня, отколовшийся от стены башни. С дикой, почти безумной надеждой Хаин схватил его, рухнул на колени и принялся исступленно царапать заостренной гранью очертания печати. Камень крошился под его неистовыми движениями, словно Хаин пытался разорвать саму ткань мироздания. Бушующий вокруг хаос был ему безразличен – в этот миг существовал лишь 11-ый и те мрачные нити, воспоминание о которых жалили сознание Омалённого, словно взбешенный рой пчел.
Новый рев виверны пронесся над площадью. Ее чешуя мерцала на солнце, а перепончатые крылья рассекали воздух.
Левазры нападали, но она играючи уворачивалась от ударов. Клыки фамильяров клацали впустую, когти рассекали лишь ветер. Виверна, казалось, наслаждалась игрой, дразня своих противников. Один из левазр, самый крупный и свирепый, попытался запрыгнуть на спину виверны с крыши башни, но та резко взмыла вверх, сбросив его вниз. Левазра с оглушительным грохотом рухнул на землю, подняв облако пыли. Однако остальные стражи продолжали атаковать.