- Знаю, что надоедаю, но скоро уйдем, дай только успокоиться.
- Что ты, нет, я побуду с тобой.
Мне всегда казалось, что у сильных, интересных и энергичных женщин нет проблем в браке. А тут в последние года стали частыми, Оля видно, что пытается сохранить брак и прощает все грубости от мужа, но видно ее силы на исходе. Эта дрожь в руках и слезы, даже для меня в новинку, за столько лет я не видела у нее ни слезинки. Спустя часа два, когда алкоголь, наконец- то, взял свое, вернулась моя прежняя подруга. Кстати, её напоить довольно таки трудно, не то, что меня. Около шести вечера люди стали танцевать на танцплощадке, конечно, она упорхнула туда. Кого я не ожидала здесь увидеть, так это подошедшего к моему столику Максима, нагло усевшего напротив меня, произнося:
- Развлекаемся? Наслаждаемся плодами выгодного замужества?
Блин, как хочется двинуть ему в его наглую и хамскую рожу, но сдерживаюсь, отвечая:
- В отличие от некоторых, которые могут только тратить папины деньги, мы еще и умеем зарабатывать. А именно - ходить на работу. Попробуй - тебе будет полезно спуститься к народу.
- О, как заговорила, мамочка, так тебя теперь называть? А мой папочка знает, что ты только перед ним такая тихоня?
Ну, почему именно сейчас он приперся портить мне настроение? Успокойся, Наташа, и дыши глубже, не реагируй на провокацию.
- Да, сыночек, знает. И деткам пора ужинать и готовиться ко сну.
Явно он рассмеялся, что бы позлить меня. Но подошедшая Ольга сразу принесла вихрь положительных эмоций, говоря:
- Кто этот галантный и симпатичный молодой человек?
- Сынок, точнее сын моего мужа, Максим.
Нужно отдать должное, Ольга знает о моей стычке с ним недавней и готова была постоять за меня, но не выдала даже взглядом, что в курсе событий. А так же непринужденно и увлеченно продолжала:
- Очень приятно, Ольга.
- Взаимно, - отодвинув ей стул, ответил он.
- Сыночек сейчас уходит, правда?- пытаюсь серьезным взглядом показать ему, что он тут лишний.
Но эффект был противоположный, и Максим весело ответил:
- Представь, Ольга, мамочка младше сына на три года, а еще указывает.
Все, я не хочу слушать больше, ухожу в туалет, мои руки просто почему - то кипят от злости. На часах около семи вечера, нужно собираться, скоро Станислав Николаевич приедет.
Ого, а они спелись и довольно таки мило весело болтают. Еще этого не хватало.
- Оля, поехали, мне пора домой. Я тебя отвезу.
- Не нужно, я сам отвезу ее, правда, Оля?
Ну, конечно, она согласилась, выпила и дома скандал, а он и пользуется. Как я ее не уговаривала - это бесполезно, зная тем более ее характер.
- Послушай, Максим, она замужем и у нее есть дочь, поэтому не стоит рушить то, что ты не строил,- говорю как можно тверже, может, отстанет?
- Ты считаешь, что я сексуальный маньяк и мне не важно, кто и с кем?
Неужели он обиделся или мне кажется?
- Предупреждаю тебя, ясно. Я уезжаю, поэтому просто прошу отстать, оставь её.
Наверное, мой просительный взгляд сыграл роль, что он перестал смеяться и, подняв Ольгу под руку, проводил нас к машине. Не стану его благодарить, он вызывает у меня один негатив и мне предсказывает сердце, что попьет он у меня еще крови.
- Аккуратней, мамочка.
Блин, как противно он вытягивает это слово, просто издевательски скрипуче. Выруливаю быстро, что бы уехать от наглого самодовольного типа.
Дома Ольгу проводила до двери, мужа не было, что радует, быстро спустилась в машину и на довольно- таки большой скорости уехала домой. На часах уже было начало девятого, когда я пришла домой, в кабинете горел свет, значит, муж дома.
Тихо иду наверх, быстро переодеваюсь, достаю телефон и вижу четыре упущенных звонка от мужа. Вот блин, как я не услышала, почему не вспомнила о том, чтобы написать смс? Наверное, с этим тяжелым разговором у Ольги, да еще вмешательством Максима. Что теперь делать, как начать разговор? Я впервые в такой ситуации, чувствую себя провинившейся ученицей. Тихо и медленно с опаской спускаюсь в столовую, где на барном столе лежит огромный букет моих любимых крупных ромашек. Как мило, это явно мне. Просто стою рядом и любуюсь, да еще перевязаны голубой ленточкой.
- Можешь взять, это тебе, – суровый голос мужа ввел меня в моментальное оцепенение. Встаю по другую сторону стола интуитивно, как бы для безопасности, так как его стальной взгляд и руки в карманах, нахмуренные брови, говорят явно не в мою пользу. Стараюсь прикрыться букетом, держа его у груди. Станислав Николаевич продолжал стоять и, рассматривая меня, строго проговорил: