Пришлось вернуться, потому что забыл тренч на скамейке, а там в кармане телефон, да и сам тренч, хоть и не нравился ему, может пригодиться. Мало ли, похолодает или ещё что случится, не нужно разбрасываться вещами, пока не вернулся домой.
Найти дом до девяти не посчастливилось. Том позавтракал в кафе, там же умылся. Подумал, что неплохо было бы купить зубную щётку и почистить зубы, но решил, что до следующего утра ротовая полость потерпит без должного гигиенического ухода. В качестве ухода-минимум использовал ягодную жвачку и снова отправился в путь под лучистым утренним солнцем.
К вечеру ноги налились болью, поддерживать бодрый шаг не то чтобы не получалось, но не хотелось от слова совсем. Боевое настроение значительно понизилось, хотелось отдохнуть и, желательно, немедленно. Хоть хнычь, поскольку сил уже нет, но нужно идти. Вот бы кто-то обнял его, отвёл в уютное место и всё взял на себя. Даже в этой абстрактной формулировке Том мечтал об Оскаре.
В час лилового заката Том задумался, что, вероятно, и сегодня тоже не достигнет цели. А значит, ему нужно место для ночлега. Провести одну ночь на улице – нормально, но только одну, к тому же надо было признать, что, возможно, поиски его затянутся, потому следует обзавестись местом, куда возвращаться на отдых. Как ни претило признание отсрочки счастья, которое символизировало заселение в гостиницу, Том подошёл к вопросу разумно.
Достав мобильник, Том увидел, что осталось всего семнадцать процентов заряда. Плохо дело, без телефона ему оставаться нельзя. Как только подумал об этом, вскрылась ещё одна неприятность – зарядку-то он оставил в Лондоне. Поругав себя за то, что не подготовился к поездке, Том отправился на поиски магазина электроники, спросил у прохожего адрес ближайшего, чтобы не блуждать без толку. Приобретя зарядное устройство, Том зашёл в три кафе в поисках места, где можно зарядить телефон, заказал традиционный испанский омлет с картофелем с добавлением разноцветного сладкого перца и кофе борджиа и долго ел, а после пил, пока мобильник набирал заряд. Когда он вышел на улицу, уже совсем стемнело.
Том прогуглил гостиницы Аликанте. Отель – это дорого, рассудив так, он в своей обычной категоричной манере решил остановиться в месте, диаметрально противоположном хорошему отелю, в самом дешёвом – хостеле. Кто знает, на какой срок ему придётся задержаться, лучше сэкономить, да и не нужны ему какие-то удобства, он не привередливый.
Выбрав наиболее бюджетный хостел под названием Olé, Том сел на автобус и поехал по адресу. Выслушав от администратора о вариантах номеров, он решил совсем уж не жлобиться и выбрал комнату на восемь человек, а не на двенадцать. В большинстве умов при слове хостел возникает картинка убогой ночлежки для бедных студентов и современных хиппи, но Olé оказался весьма достойным местом, особенно за свои деньги. Везде убрано, чисто, стояла хорошая мебель, света достаточно и интерьер не лишён стиля. Только странно видеть целых восемь кроватей в одном помещении, никогда прежде ничего подобного не встречал. В комнате никого больше не было, но две кровати пометили личные вещи, указывая на то, что они кем-то заняты.
Подойдя к одной из свободных кроватей, Том положил свои скромные пожитки в виде тренча, что всё время балластом таскал подмышкой, бутылочки воды и телефона с зарядным устройством. Сел, положив руки на колени, и огляделся. Это место – определённо что-то новое в его жизни, и вопреки тому, что считал себя совершенно неприхотливым, Том не чувствовал себя уютно. Наверное, из-за новизны места, так он подумал, не желая признавать, что, возможно, не такой уж и непривередливый, избаловался, привыкнув к миру, в котором хостел это что-то на бедняцком.
Ждать больше нечего и усталость по-прежнему сильнейшая, ноги гудят, потому Том расстелил кровать, разулся и лёг в одежде, отвернувшись к стене. Засыпая, он слышал, как пришёл неизвестный сосед.
Проснулся Том снова один в номере. Попил воды, помылся, сходил в ближайший магазин за зубной щёткой и пастой, потому что два и больше дней ходить с нечищеными зубами это уже перебор, вонючкой он быть не хотел, всё-таки приучился, что в любых обстоятельствах надо не забывать о некоторых базовых действиях. Вернулся, почистил зубы, вспомнил, что бельё он тоже в последний раз менял в Лондоне. А сменного нет, не подумал, что, собираясь в другую стран, надо взять с собой хотя бы минимум вещей, как минимум несколько пар трусов. Потому что полагал, что в первый же день увидится с папой, поговорит с Оскаром, а дальше воссоединение и возвращение домой, где всё есть, а если вдруг Оскар от его вещей избавился в пылу обиду, можно сбегать в магазин или послать туда Жазель, она всегда быстро справлялась с поручениями, без трусов точно бы не остался. А если бы остался, это была бы забавная ситуация, сопровождённая комментариями Оскара по поводу его нечистоплотности.