Время достигло четырёх часов по полудню. И пяти, и половины шестого… Сидя на крыльце, положив сложенные руки на поднятые колени, а на них подбородок, Том смотрел, как удлиняются тени, и никто не приходил. Очень хотелось пить, сегодня выдалось двадцать градусов, а он в толстовке и зимних ботинках. Том отлучился на полчаса купить бутылку воды, вернулся, позвонил пять раз и снова сел под дверью. Ждал до темноты, до полуночи. Чувствовал себя брошенной собакой, что бездарно ждёт, когда её пустят обратно в дом. Но он непременно дождётся! Где же его семья?..
Ночь Том провёл под дверью, крепко заснув к самому тёмному предрассветному часу. Проснулся солнечным утром с болью во всех мышцах, потому что и поза, и жёстко. Том потёр глаза и во всех смыслах больную голову, оглянулся к двери, безнадёжно огляделся по сторонам. Да что же это такое? Не может же ему настолько не везти! Не может же?!
Не могла же его семья переехать? Ведь не могла?! Папа сказал бы ему об этом! А если они переехали в эти три недели, что он был недоступен? А если Джерри не ответил на звонок, когда звонил папа? Аааа! Внутренний крик Тома, схватившегося за голову, мог распугать всех птиц в округе, но его никто не услышал.
Увидев подъехавших к дому напротив соседей, Том подскочил на ноги и побежал к ним.
- Сеньора, здравствуйте, - обратился он к молодой женщине, обнимающей бумажный пакет с продуктами в ожидании мужа. – Меня зовут Том Каулиц, я сын Кристиана и Хенриикки Роттронрейверрик, ваших соседей из дома напротив.
- О, здравствуйте, Том, - улыбнулась женщина с растрёпанным пучком на голове, что был ей к лицу. – Приятно познакомиться с сыном Кристиана и Хенриикки, я много слышала о вас.
Чтобы не быть грубияном, Том тоже улыбнулся ей и сказал:
- Я потерял мобильник, а номеров не помню наизусть. Приехал повидаться с семьёй и поцеловал закрытую дверь. Скажите, они никуда не уехали?
- Да, они уехали, - подтвердила соседка.
Ну просто здорово…
- Вы не знаете, куда и как давно? – спросил Том, надеясь узнать хоть что-то, что поможет понять, на каком он свете.
- Куда не знаю, они не говорили. А когда… Пако, Роттронрейверрики уехали во вторник? – обратилась женщина к мужу в машине и, получив утвердительный ответ, повернулась к Тому. – Они уехали во вторник.
- В этот?
- Да.
- Спасибо, сеньора. Всего доброго.
- Том, постой, - окликнула соседка собравшегося уйти парня. – Не хочешь зайти и позавтракать с нами?
Заманчивое предложение – позавтракать домашней едой да не одному, но Том тактично отказался:
- Нет, спасибо. Меня друг ждёт.
Ноги на автопилоте понесли к хостелу, когда ушёл с улицы, где стоял родительский дом, потому что некуда больше идти, а голова находилась в растерянности и прострации. Что ему теперь делать? Куда уехали родные? На отдых? В Хельсинки навестить Кими? В Эдинбург к Оили и первому и единственному внуку маленькому Марсу? Последний вариант непонятно как пришёл в голову, в порядке бреда и учёта всех возможностей, но если Миранда окончательно переселился в мастерскую, то Оили вполне могла пригласить родителей в гости, чего не делала ни разу с того момента, как поселилась у Маэстро, насколько Тому известно.
Папа, мама и Минтту могли поехать в разные места и на разный срок, и Тому никак не узнать, где они сейчас и когда вернутся, всё снова упирается в незнание номера. Сколько ему ждать? День, два, неделю, вдруг дольше? Он же не может каждый день приходить и проверять, не вернулись ли родные, не может уйти и вернуться через задуманный срок и жить под дверью тоже не может. Неизвестность и чувство подвешенности сводили с ума. Жизнь как будто издевалась над ним, отыгрывалась с того момента, как проснулся разведённым на чужой земле. Только он придумывал выход и приближался к цели, как что-то вставляло палки в колёса и отодвигало результат, превращая его во временно недостижимый. И так каждый раз: он хотел позвонить, но Джерри стёр номер из памяти; хотел написать, но Оскару писать нельзя; хотел позвонить папе, но не знает наизусть его телефон; приехал, чтобы спросить, но не знал адреса и был вынужден невозможно долгие девять дней слоняться по городу в поисках родительского дома; нашёл дом, но родителей там не оказалось, уехали в неизвестном направлении и на неизвестный срок. Давненько Том не вспоминал, что неудачник – это про него. Не может нормальному человеку так фатально не везти. Видимо, расплата за всё хорошее.