- Я боюсь, что со временем ты обвинишь меня. Обвинишь меня в том, что это из-за меня ты поссорился со своей матерью. Может и названной, но все таки матерью. Ведь она была с тобой рядом, когда ты в ней нуждался. А я невольно внесла разлад в ваши отношения. Это пугает меня. И я боюсь, что если это терзает мою душу, то рано или поздно, ты придешь к такому же выводу. Мне страшно, ведь если этот день наступит, ты бросишь меня, возможно не сразу, но все равно покинешь.
- Глупышка. Ну как же я могу тебя винить, в своих решениях. Вся ответственность лежит исключительно на мне. И на Гертрауд. Я ведь не раз давал ей шанс, на примирение. Но она решила не воспользоваться им. Что ж, ее право. Но и на результат нечего жаловаться.
Возникла пауза в нашем диалоге. Я обдумывала его слова, и просто не решалась, что либо сказать. Из каких-то моих внутренних глубин в наружу вылезла робость. Это было что-то новое, неизведанное. Доселе я не испытывала подобного.
Его лицо приняло задумчивый вид.
- Странно слышать от тебя такие вещи.
- Какие именно? Я много чего сказала.
- То что ты боишься. Разве ты способна испытывать страх. До этого момента я считал, что он неведом тебе. Я был уверен, что ты та еще сорвиголова, без какого либо инстинкта самосохранения.
- Люди испытывают страх когда они уязвимы. Сегодня я обнажила перед тобой душу. Я обнажила ее первая и впервые. Сейчас я чувствую себя нагой – фигурально выражаясь. Вся моя броня пала, я сбросила ее. Сейчас я такая какой меня сотворила природа. Я чувствую себя уязвимой. Это новое для меня состояние. Состояние когда оружие сложено. Когда не нужно обороняться. И я боюсь, что ты не захочешь настоящую меня. Что тебе нужен вечный броненосец, который будет защищаться, и атаковать.
Он молча смотрел мне в глаза. Тишина давила мертвым грузом. Я сказала ему все, что думала на самом деле. Я с трепетом ждала его реакции. Но он молчал. Казалось бы что его молчание длиться вечность.
Наконец-то его голос разрезал ненавистную тишину:
- Мне нужно подумать над твоими словами. Я позже скажу тебе ответ.
- Когда?
- Позже. А теперь давай спать. – С этими словами он выключил ночник, и отвернулся на бок, ко мне спиной.
По моим щеками тонким ручейком бежали слезы. Сегодня я впервые призналась мужчине в любви, о он отверг меня. Сегодня впервые в жизни я предстала перед возлюбленным самой собой, а он сказал, что подумает. Лучше бы пристрелил на месте. Так было бы легче.
Глава 2
Проснувшись утром, я увидела, что Трея уже нет. Но на подушке лежал сложенный вдвое листок. Развернув его, я увидела что это записка. От него. Он написал, что приглашает меня на беседу, которая состоится за ужином, и также пост скриптом дописал, чтобы я хорошенько принарядилась.
Отлично, хочет меня растоптать по полу при полном параде.
Ближе к вечеру, я начала готовится к ужину. Платье, макияж, укладка. Умирать так с музыкой. Подумала я.
Я ждала его в гостиной. Около семи вечера, я услышала как подъехала машина. Из машины вышел человек. Тяжелые шаги по гравию. Отворяется дверь. Странно, почему мотор до сих пор гудит. Вот шаги уже совсем близко. И вот он уже здесь.
- Мисс Селеста. – кто -то окликнул меня. Я с удивлением обернула голову ко входу. В дверном проеме стоял водитель Трея – Арчи.
- Арчи, ты?
- Да мисс Селеста, мистер Грир просил вас забрать.
- Куда?
- Он велел не говорить.
- Ну ладно поехали. Я даже рада такому повороту событий. Надоело тут торчать.
Всю дорогу в машине я жадно смотрела в окно. Я была так рада увидеть что-то кроме пейзажей моей тюремной клетки. Я чувствовала себя как ребенок в зоопарке. Мне было интересно все, я читала надписи на каждом билборде, я считывала все вывески. Я вновь ощутила себя пятилетней девченкой. Вскоре мы въехали в город. И моему взору предстали оживленные улицы Нью-Йорка. Город горел тысячами огней. Он был наполнен людьми. Он был наполнен жизнью. А я была сторонним наблюдателем этой жизни. А так хотелось принять непосредственное участие в этом празднике жизни. Я вожделела свободы, а вместо этого меня везли на казнь. Какая ирония, лицезреть так и не обретенное желаемое.
- Мы приехали, мисс Селеста.- Арчи открыл дверь автомобиля и помог мне выбраться. Меня обдало теплым июльским вечерним воздухом.
- Вы прекрасно выглядите сегодня. Вам туда. – и он указал мне пальцем на вход в ресторан. Вывеска гласила – Армандо. Я медленной поступью приближалась к зданию. Я шла и глядела по сторонам, я прислушивалась к уличному шуму, который так ласкал мое ухо. Я пыталась познать весь мир за мгновение. Перед смертью не надышишься, это называется.