— Да где ж долго-то, — отмахнулась бабка. — Того и гляди, завтра стает. Да ты ж не помнишь. У нас всегда так. То укроет все, а то слякоть. Ветра только сильные к Рождеству начнутся, а так… — она махнула рукой и вернулась в дом.
— Ну да. Предгорья, — задумчиво протянул Елисей, с удовольствием вдыхая чистый, подмороженный воздух.
Быстро перекусив, он сходил на соседский двор, где держал коней, и, обиходив их, отправился на обход станицы. Если кто-то посторонний подходил к околице, то об этом лучше знать заранее. На снегу любой след будет заметен сразу. Да и ловушки свои не мешало проверить. Убедившись, что посторонних не было, а с ловушками все в порядке, парень вернулся в дом и, присев к столу, принялся придумывать, чем бы себя занять.
Привычки человека двадцать первого века давали себя знать, и парень испытывал что-то вроде информационного голода. Глядя на бабку, он только хмыкал про себя, удивляясь ее способности находить себе занятие. То она что-то шила, то вязала, а то принималась возиться на кухне, сводя его с ума умопомрачительными запахами своей стряпни. Припомнив, что давно не занимался заготовкой боеприпасов, Елисей подкинул в печь дров и принялся доставать из сундука все необходимое для литья пуль.
— Лучше б на охоту сходил, — беззлобно проворчала Степанида, заметив его приготовления. — Добыл бы косулю, мы б свежатинки поели. А то солонина приелась уж.
— Завтра схожу, — покорно кивнул парень. — Не думал, что сегодня снег выпадет.
— К вечеру снова пойдет, — вздохнула бабка, потерев кулаком поясницу. — Спину ломит.
— Вот как раз по снегу и схожу. На снегу следы хорошо видно.
— Сам не попадись кому, — напомнила об осторожности бабка. — В горах уже перевалы завалило. Горцы пока по домам сидят, но ежели стает, снимутся. В долины разбойничать пойдут.
— От безделья, что ли? — усмехнулся Елисей.
— И с него тоже, — спокойно кивнула женщина. — Молодым дома сидеть скучно, а работы зимой мало. Вот и ищут, где б поживиться да повеселиться.
— Угу, только веселье то может кровью закончиться, — хмыкнул парень.
— А их кровью не испугаешь, — наставительно ответила бабка. — У горцев ведь как? Умеешь воевать, в набег ходил, значит, почет тебе и уважение от соплеменников. А ежели в ремесло какое подался, то владеть тем ремеслом должен так, чтобы о тебе и в соседних кланах говорили. Иначе ты не воин и вообще непонятно кто.
— Как так? — не понял Елисей. — Неужто у них ремесло не в почете?
— Да я и сама толком не пойму, как так получается, — усмехнулась бабка. — Но молодежь у них прежде ремесла умения воинские почитает. Старики-то на них ворчат, но и не осаживают притом. А вот мастера сыновей своих завсегда к ремеслу тянут. До смеху доходит. Оружие от сыновей прячут и грозят наследства лишить, ежели не станет мастерство перенимать.
— Как-то это все у них запутано, — протянул Елисей, заливая расплавленный свинец в пулелейку.
— Да не запутано, — усмехнулась бабка. — Как и везде, молодежь дурит. Да еще и подсылы турецкие их с толку сбивают. Туркам в наших местах спокойствие хуже ножа острого. Не уймутся никак, ироды.
— Так они что ж, сами с горцами в набеги ходят? — удивился парень. — Или только так, на словах.
— С горцами на словах не пройдет, — качнула бабка головой. — Хочешь, чтоб тебя услышали, сам свою удаль покажи. Вот ежели мулла какой придет и проповедовать станет, тогда да. Послушают.
— Что, чужого муллу? — не поверил Елисей. — Они вроде и своих не особо слушают. А тут чужой.
— Не скажи, внучок. Вот ежели мулла в хадж ходил, тогда его любой басурман слушать станет. Потому как у них это навроде святого. И проповеди его слушают очень внимательно.
— Так вроде ж любой мусульманин должен раз в жизни хадж совершить, ежели я ничего не путаю, — быстро добавил парень, мысленно выругав себя за длинный язык.
— Не путаешь, — кивнула Степанида. — Да только на подвиг сей не каждый способен. Сложно это. Туда ведь пешком идти надо. А горцы пешком ходить не любят. Они все больше верхами привыкли. У них даже чабаны при отарах редко без коня бывают. Чего уж про воинов говорить.
«А вот это интересная подробность, — отметил про себя парень. — Если начинать разведкой заниматься, придется выбирать пути-дорожки, где верхом не особо покатаешься. И вообще, нужно местность как следует изучать. Хватит на печи валяться. Как там в фильме было? Делом надо заниматься, уважаемый. Делом!» — усмехнулся он, доставая из печи чашку с расплавленным свинцом.
Ранним утром, едва начало светлеть, он выбрался из станицы и отправился в сторону гор. Как и говорила Степанида, ночью снега еще подсыпало, так что, шагая по лесу, Елисей не любовался пейзажами, а старался замечать все, что могло бы ему рассказать о лесной жизни. Наткнувшись на след кабаньего стада, парень несколько минут изучал их, но потом, вздохнув, двинулся дальше. Кабан зверь опасный, и старый секач будет защищать свое стадо свирепо. К тому же бабка заказывала ему косулю.