Но надо было отдать им должное, работали они старательно. Аккуратно. Все подгонялось так, что иногда даже найти места креплений было сложно. Пришлось переделать и приклад. Елисей резал его сам, после того, как вся механическая часть была закончена. Выточив из имевшейся латуни пять гильз, Елисей снарядил патроны и теперь занимался боеприпасом к пистолету. Наконец, справились и с замком. Пару раз раскрыв и закрыв пистолет, парень задумчиво покрутил головой, высказав свой вердикт:
— Выстрелов через полста придется пружину менять. Ну да бог с ним. Других все одно нет.
— Это верно, — вздохнул в ответ артельный.
Испытание в балке прошло успешно. К удивлению Елисея, штуцер на стрельбище показал себя с лучшей стороны. За счет унитарного патрона даже слегка увеличилась дальность. Это парня удивило, но подумав, он сообразил, что теперь пуля проходит не по уже пробитым нарезам, как это было раньше, а выходя из гильзы, нарезает их в собственном теле сама. Отсюда и большее сопротивление, и сила выброса. А главное, почти нет прорыва газов.
Пистолет тоже показал себя весьма достойно. Он хоть и был гладкоствольным, но пыж и новая пулелейка сделали свое дело. На каждый ствол Елисей выточил по пять гильз. Больше просто не было необходимости. Все равно заказывать новые, а запасы латуни в мастерской были не бесконечны. Убедившись, что все готово, парень отправился искать атамана, но как выяснилось, тот уехал куда-то в Екатеринодар.
Ждать смысла не было, тем более что из крепости в Пятигорск отправлялся купец со своей охраной. Подумав, парень оседлал пару своих жеребцов и присоединился к каравану. Верхом он решил ехать потому, что фургон, несмотря на переделанные ступицы, мог двигаться только по дорогам, и догнать его было не сложно. А верхом с заводным конем всегда есть возможность уйти в зеленку. А там Елисей мог дать отпор любому противнику.
Три дня путешествия прошли спокойно. Въехав в город, Елисей быстро выяснил нужный адрес у первого попавшегося городового и шагом направил коня в нужную сторону. Задавать ему лишних вопросов никто не стал. И так с первого взгляда все было ясно. Казак по делу приехал. В этих местах давно уже было известно, что рядиться в черкеску, не будучи казаком, себе дороже. За такое самозванство казаки махом в дегте вымажут и в перьях вываляют. Ославят так, что вся округа знать будет.
Найдя в торговых рядах нужное здание, парень привязал коней к коновязи и, поправив оружие, шагнул в торговый зал. Проморгавшись после яркого полуденного солнца, он с интересом огляделся и, приметив сидящую в углу фигуру, туда и направился.
— День добрый, почтенный. Вы точным литьем из латуни занимаетесь? — вежливо поинтересовался парень, так еще толком и не рассмотрев хозяина.
— А чего надо? — послышался не очень вежливый ответ.
— Вот, — решив не обращать внимания, выставил на прилавок гильзу парень. — Мне вот такие стаканы нужны. Но размеры нужно выдержать очень точно по этому образцу.
— Стрелять, что ли, с него собрался? Не все равно, из чего водку пить? — снова нахамил ему то ли продавец, то ли приказчик.
— Угадал, стрелять, — жестко отрезал Елисей. — Так можешь, или про вас только зря сказки рассказывают?
— Рубль штука, — отрезал продавец, поднимаясь во весь рост.
— Хренасе, — не удержавшись, выдохнул парень, растерянно разглядывая мужика.
Под два метра ростом, косая сажень в плечах, кулаки размером с пивную кружку. Ему бы молотом в кузнице махать, а он в ювелирной лавке сидит.
— Так ты вышибала местный? — поддел его парень. — Так бы и сказал сразу. Хозяина позови.
— Я хозяин, — набычился гигант. — Сын его, если тебе точность нужна.
— Вот отца и зови. С ним говорить стану, — фыркнул Елисей, демонстративно поворачиваясь к нему спиной, не забыв прихватить гильзу.
— Да я тебя сейчас… — раздался рев взбешенного быка, и мимо плеча парня промелькнула громадная лапа.
Елисей, отлично видя отражение бугая в стекле напротив, вовремя сделал шаг в сторону, заставив его промахнуться и тяжело перевалиться через прилавок, который жалобно крякнул, удерживая такую тушу.
— Угомонись, мужик, — рыкнул Елисей, выразительно качнув пистолетом. — Я сюда по делу пришел. Или отцу твоему деньги не деньги?
— Да я тебя… — прохрипел бугай, тяжело поднимаясь.