В своём заключении, я была не здесь. То место располагалось на другой части земель и до сих пор не восстановилось. Аукцион — громкое название. Торги — это ближе. Но «товар» не показывали, только диктовали: пол, возраст, количество жизней, цена. Чтобы самому посмотреть и выбрать подопытного, нужно было просто заплатить круглую сумму, и ты, не стоя в очереди, спускаешься в подвалы, делаешь свой выбор. А потом можешь подняться в специальную комнату или перенести визит на удобный день.
Я боялась, что Лиора купят до меня, поэтому, чтобы быть первой, мне пришлось отдать всю наличность — десять тысяч золотых. Совпадение? А у меня вообще бывали совпадения? Всё распланировано. Хорошо, что хоть серебро не учитывали, а то бы ещё и в минус ушла. Шучу.
Подойдя к лестнице, ведущей в место заключения «плоти», вылезло сообщение.
«Вы выполнили все подготовительные дополнения перед ключевой задачей.
С этого момента территория огорожена и временно становится индивидуальным подземельем.
У всех находящихся на территории существ, очки перерождения становятся равны очкам проходящего.
Все находящиеся на территории существа имеют статусы — враг и мирный житель.
Вам надлежит убить сто существ со статусом — враг.
Вам надлежит убить босса временного подземелья — Орзоха.
В случае вашей смерти или отказа от выполнения задания, вы получите наказание в виде переноса сознания в тело заключённого здесь — мирного. Без дальнейшего уменьшения очков жизней.
Время выполнения задания — десять часов.»
Что, блять? Какое ещё, сука, наказание? Вы совсем охренели в своей вседозволенности?
В голове каша. В душе ад. Твари. Ненавижу.
Я тупо шла за сопровождением, ни на что не реагируя. Спускаясь всё ниже и ниже.
Я шла по грязным и темным подвалам, смотря на заключённых, сидящих в клетках. Вонь мочи резала глаза, вонь других выделений организма, смешанная с ароматом тухлятины, вызывала рвотные позывы. Но мне не привыкать. Когда-то я оставила здесь больше сорока жизней. Теперь я вернулась. Да, подвал другой. В другом городе. Но всё наполнение… то же самое.
Те же глаза за клетками, молящие о вечной темноте. Те же браслеты, не дающие сделать и шагу без разрешения узурпатора. Те же комнаты наверху, где можно делать с заключёнными из подвалов всё, на что хватит твоей извращённой фантазии.
Резать, жечь, трахать, жрать. Ты волен делать всё, не боясь убить. Ведь у населения этого мира с рождения даётся сотня единиц для перерождения.
Я шла мимо клеток, выбирая для себя жертву. А когда-то выбирали меня.
Меня отвлек голос. Знакомый голос.
— Звер, девчушка, — успокаивала мальчика, просунув руки через клетку. Я тоже так тянулась к… предателю.
Пацанёнком оказался Лиор. Но его глаза больше не отражали света. Они потухли.
Мгновение, чтобы вытащить мечи, и мгновение, чтобы обезглавить двух сопровождающих. Сдернув с шеи кулон, подошла к клеткам.
— Лиор!
— Катрин, что ты тут делаешь?
— Не то. — Сняв связку ключей с одного из трупов, кинула ему в руки. — Ближайшие несколько часов тут будет жарко. Не выходите. У кого-нибудь есть на счетчике больше единицы?
— Нет/нет/как так/почему? — слышалось со всех сторон.
— У меня было восемь, я уйду в тень раньше. Слава Богу, — прошептала с улыбкой соседка, так и не забрав руки у Лиора.
— Не уйдёшь. Следи за счетчиком. Когда жизни вернутся, можете выходить. Выпустите всех. Хорошо?
— А ты куда?
— Иду на смерть.
Глава 40
Сменив белые одеяния на свою броню, я стояла, сжимая в руках два меча. Их клинки сверкали в тусклом свете факелов на стенах. Внутри здания царила гнетущая тишина, за которой слышались лишь отдалённые звуки находившихся здесь существ. В подвалах же все молчали, ожидая того, что будет дальше.
Это мой последний бой, но страха не было. Вообще никаких чувств. Лишь одна мысль набатом: убить всех.
Я осторожно поднималась на первый этаж по утоптанному полу, прислушиваясь к каждому шороху. Все мышцы в напряжении, ожидая скорого столкновения. Здесь не только орки. Здесь весь сброд, который лично я не делила на хороших и плохих. Мирные заперты в подвалах. Те, кто наверху, заслуживают мучительной смерти. Они — опухоль этого мира.
Скажете, что много на себя беру? Решаю, кто достоин жизни, а кто нет? Но для меня всё просто. Тот, кто покупает чужую жизнь ради извращённого удовлетворения своих желаний, — мразь, не достойная дышать. Вот и всё. Всё просто. Пока есть такая возможность, почему бы не сделать этот красивый мир чуточку чище?