Покачала головой, пытаясь прогнать все непрошеные мысли, чтобы в конце осталась лишь одна.
— Я буду очень рада познакомиться с твоей сестрой.
Судя по тяжелому вздоху, Роман надеялся на другой ответ. Но и он не посмел перечить желанию сестры. Что руководило им – я не знаю, но вот самой мне и вправду хотелось с ней познакомиться. Хотя бы для того, чтобы узнать, насколько мысли Романа соответствуют реальности. Мы вышли из машины и направились в сторону лифта. С каждым новым этажом нервы завязывались в узел и заставляли тело дрожать. Роман молчал, но было заметно, что он напряжен. Видимо тоже переживает об исходе разговора.
Лифт прибыл на какой-то неземной этаж, слишком высокий для того, чтобы я рискнула подойти к панорамным окнам, но Роман мне и не дал возможности это сделать. Схватил за руку и потянул в сторону палат. Правда, вся его смелость куда-то делась, когда он оказался перед той, что была с номером десять двадцать пять. Он буквально встал столбом и не мог постучать или дернуть за ручку, поэтому на это решилась я. Ну а что? Она всё равно меня ждала.
После стука Роман почти в ужасе посмотрел на меня, но я лишь открыла дверь, делая несмелый шаг внутрь. Всё-таки волновался тут не только Роман.
На больничной койке лежала всё же красивая женщина. Да, очень бледная, с синяками под глазами и очень уставшим видом. Почти как вены её руки окружали провода, а на периферии где-то аппарат отсчитывал удары её сердца. Как ни странно, меня этот звук успокоил.
— Привет, - каркнула я, сорвавшимся голосом, на что девушка лишь рассмеялась.
— Приветики-пистолетики, - я моргнула, а она продолжала улыбаться, - Ну не стойте там как два столба. Хотя, Рома мог бы побыть и джентльменом и принести нам чего-нибудь вкусного.
— Тебе нельзя.... – подал голос Роман, но его перебили.
— А ей можно! Требую торт, - беспрекословно заявила она, - Всё, вали и оставь нас наедине.
Роман, закатив глаза, всё же нас оставил. Женщина похлопала по краю кровати, подзывая к себе.
— Ну чего ты тормозишь? Он же сейчас на третьей реактивной скорости за тортом и обратно припрётся, так что времени в обрез. Садись давай.
Я села, но не на кровать, куда меня приглашали, а на неудобный стульчик, что стоял рядом.
— Ой, могла бы и на кровать сесть, рак он воздушным путём не передается, - Марго посмотрела на меня, а потом продолжила, - Ну ты не пугайся так, шуточки у меня грубые, и про смерть тоже. Всё-таки, я тут как бы умираю, могу и шутить про это. – она пожала плечами, но взгляда от меня не отвела.
— Меня Ася зовут, - представилась я, не помня, знает ли она моё имя.
— Марго, - она широко улыбнулась, - Я так понимаю, ты с моим братом встречаешься, да?
И как отвечать? Нет? Да? Мы просто...да чёрт уже знает. Мы и просто гуляли, и просто сексом занимались, а последнее время просто друг друга игнорировали. Встречаемся ли мы? Спорный вопрос.
— Ты мыслительный процесс-то приостанови, - усмехнулась Марго и я поняла, что это у них семейное, - Я знаю, что Рома ни с кем не встречается. Хорошо проводит время, трахается иногда, а потом расходятся, когда кому-то что-то надоедает.
От стыда я даже голову опустила. Если так посудить, то ещё немного и я себя какой-то проститукой буду чувствовать. Тем более что в таком формате меня кое-что тревожит. То, что сказала Марго и вправду выглядит несерьезным, но вот мои чувства... Само их наличие уже неправильно, для такого формата отношений, а их бунт внутри меня и вовсе нонсенс.
— После случая с его бывшей он вообще старается подальше от отношений быть, - продолжает Марго, - Мне кажется, что он просто боится повторения. Ведь я снова больна, а у него есть ты. Кошмары оживают, понимаешь?
— Но ведь вы были больны и до меня...
— Тоже верно, - не стала отпираться Марго. – Ты мне нравишься, милая такая, - ещё руки потянулись к моим щечкам и слабо ущипнули, - Что моего брата заинтересовало только...
— Ему меня жалко стало, - повторила я его же слова, - Я стояла под дождём с виолончелью. Он сказал, что увидел меня, и ему стало меня жаль.
— Врёт и не краснеет! – усмехается Марго, - Ну и чёрт с ним.
Хоть она и ругает его, но я вовсе не вижу в ней какой-либо обиды на него. И наоборот, чувства вины я тоже не вижу. Роман говорит, что она чувствует вину, но так ли это? Может...может это он на самом деле чувствует вину? Зато, что его девушка разрушила брак сестры. Может, это он себя ненавидит? За разбитое сердце сестры не позволяет любить и себе. Считает, что недостоин этого?