- Что ты наделала? - зло прошипел он и стряхнул кровь. Невольно проследите за коротким полётом предполагаемой еды, размышляя, можно ли слизнуть ее с земли?
На вопрос ответила после того, как меня хорошенько встряхнули.
- Ничего не сделала, только собаку…
- Ты ее убила? - с яростью перебил он, не дав досказать.
- Нет, - я выпрямилась, - жива ваша собака.
- Живо в дом и не высовывайся, - приказал док, тоже поднявшись и внимательно осмотрев соседний дом.
В этот раз я решила, что разумно будет подчиниться и не оглядываясь, зашагала в сторону входа. Но ученый за мной не последовал.
14
Медленно вошла в дом и подойдя к окну, выглянула наружу. Интересно же, что там происходит. У ворот собралась толпа людей в пижамах, которые бурно обсуждали произошедшее. По их мнению, на собаку напал дикий зверь и возможно, он все еще где-то близко. Мои губы, перепачканные в крови и шерсти, растянулись в улыбке. Они даже не представляют, насколько правы. Калимов держа в руках все еще поскуливающее животное, о чем-то разговаривал с хозяйкой. Через мгновение она кивнула и поспешила куда-то, но вернулась быстро, сжимая в руках прямоугольный предмет. Присмотревшись, поняла, что это аптечка. Такие обычно водятся в машинах. И в этот момент подъехали автомобили с мигалками. Люди оживились и тут же расступились.
Двое мужчин в форме неторопливо вышли и оглядев собравшихся, начали задавать вопросы. Пока один страж порядка записывал показания очевидцев, его напарник решил осмотреться и пошел вдоль стены. В этот миг я вспомнила о выброшенной москитной сетке, которую не догадалась установить обратно. Невольно зашипела на себя. Но со своего места не ушла.
Открытое окно конечно же привлекло внимание. Мужчина в форме тут позвал хозяина дома и показал на что-то. Как он выругался матом я услышала отчетливо. А полицейский не теряя времени, достал телефон и попросил отправить экспертов и потребовал, чтобы никто ничего не трогал. В этот раз крепкие словечки вырвались из моих губ. И я даже не обратила на это внимания. Уже второй раз полиция приезжает из-за меня. Правда, знаю об этом только я.
А между тем, док перевязал собаке горло и убедившись, что животное жить будет, зашагал домой. Судя по походке, хотя, могу и ошибаться, он зол. Правда непонятно, на кого. Знал же, кто я и все-равно решился на исследования.
А между тем я решила, что встречать его в таком виде не стоит и направилась в ванную. Свет не включила. Смысла в нем нет, ведь и так хорошо вижу. И то, что увидела в зеркале, мне совсем не понравилось. Половина лица и одежда снова в крови. И опять я ощутила укол совести. Стало противно от самой себя. Я начала торопливо умываться. Но несмотря на спешку, привести себя в порядок до прихода профессора, не успела. Он вошел и резким движением включил свет, который мгновенно ослепил, и я невольно зажмурилась. Но спустя секунду, перенастроила зрение.
Его взгляд был тяжелым, и я не смогла смотреть в глаза того, кто совсем недавно пожертвовал своей крови. Поэтому опустила голову, молча разглядывая босые грязные ноги.
- Я никого не убила, - вскинув голову, посмотрела в его лицо. Правда, желание забиться в тёмную нору никуда не исчезло.
- Ты вошла в дом, - не вопрос. Констатация факта.
- Да, - скрывать очевидное смысла не видела, - но я не тронула ее.
Калимов выругался и просто вышел. Молча направился в свою лабораторию.
Я несколько же секунд смотрела на опустевший дверной проем. После сняла с себя футболку и включив воду, начала ее намыливать. Пятен в этот раз не остались и я, выжав ее, надела как есть. Мне не привыкать. И последовала за учёным. Интересно же, что он там делает.
В подвале горел яркий свет. Александр Юрьевич смотрел в микроскоп, время от времени поворачивая что-то сбоку, а потом менял образцы. На меня он не обратил никакого внимания, только рукой указал на стул, что все еще стоит посередине. Значит увидел, что уже не один. Я села и молча стала наблюдать за его работой.
- Я вместо ребенка собаку выбрала, - разглядывая руки со сломанными и грязными ногтями, глухо произнесла я.
- Я понял, - не поднимая головы отозвался мой собеседник, - но все-таки, тебе не стоит выходить за пределы дома.
- Я пленница? - с замиранием сердца спросила, пристально посмотрев на прямую, напряженную мужскую спину.