Мама только кивнула и погладив меня по щеке, пошла в кухню. Уже оттуда я услышала, как она набирает чей-то номер по домашнему телефону.
- Привет, это я, она вернулась.
- С ней все хорошо? - спросил незнакомец с другого конца провода.
- Да.
- Она одна была? - снова вопрос в котором сквозило напряжение.
- Сначала да, но потом появился ее любовник и заявил, что все пять дней они были вместе, - торопливо говорила мама и не подозревая, что я ее со своего места в коридоре отчетливо слышу каждое слово, - он представился Даниелом.
- Даниел говоришь? - голос мужчины стал задумчивым. - Я должен ее увидеть.
- Исключено, - чуть повысила голос мама, - ты ее не видел восемнадцать лет и сейчас не лезь в жизнь моей дочери. Я обратилась к тебе за помощью, так как боялась за жизнь Лерки, но сейчас она дома. Нам лучше не видеться.
- Подожди, - мужчина кажется встал со стула, так как послышался звук отодвигаемой мебели, а мама поморщилась, я смотрела на нее украдкой, - есть вещи, о которых тебе нужно знать, пока не поздно.
- Что это за вещи? - напряглась она, сидя за кухонным столом и потирая свободной рукой лоб.
- Это не телефонный разговор, - ожидаемо произнес мужчина и сглотнул, - давай встретимся у меня дома.
- А жена твоя? - в голосе мамы проскользнуло ехидство.
- Она давно знает про Лерку, - вздохнул, как оказалось, отец, - приезжайте вдвоем.
- Хорошо, мы подумаем, - ответила мама после небольшой тишины и отключилась, а я на цыпочках побежала в ванную и заперлась там.
Меня она, судя по всему, не заметила, но и скрывать особо не стала.
Из разговора родителей я поняла, что отец знает что-то, что касается меня и мне обязательно нужно это разузнать. Вот только как это сделать без участия мамы, не знаю. Может через Лешку? Я задумалась. Единственное, в чем уверена, что на встречу с ним мы вместе не поедем. Не хочет она его видеть. Слишком велика обида на него за то, что тот не участвовал в моей жизни.
Я заходила из угла в угол в этом ограниченном пространстве, не находя себе места. Мысли кружили вокруг этого небольшого разговора, свидетелем которого невольно стала и из которого сделала неутешительные выводы. Вот только я не сразу заметила, что жжение в горле это ни что иное как желание пить. Я остановилась и схватилась за горло. Моя сущность чувствовала живого человека рядом и никакие родственные узы не важны. Организм требует свое.
Мой судорожно выискивающий решение взгляд остановился на моих же руках. А что будет, если я выпью своей крови? Мысль показалась абсурдной, но попробовать решила. Приблизила правое запястье к лицу и принюхалась. Пахнет, если честно, не очень. И кусать себя совсем не хочется. Но длинные белоснежные клыки все же показались, и я наконец-то, смогла их увидеть, а не только почувствовать. Я посмотрела на себя в зеркало, впечатлилась размерами своего нового грозного оружия и не раздумывая, вонзила зубы в запястье.
Сначала я ощутила сильную боль, что невольно зашипела. Но стоило ощутить вкус крови, которая больше напоминая что-то гнилое и резко убрала руку. Стремительно подойдя к раковине, выплюнула все. А затем, включила воду и тщательно промыла язык. Такое ощущение, будто этот мерзкий никогда не исчезнет.
И все же в этой ситуации есть один существенный плюс, пить мне больше не хочется. Тошнит от одной только мысли о крови.
26
Смыв кровавые разводы с запястья и лица, я вышла из ванной и снова оказалась лицом к лицу с мамой. Она, прислонившись к стене, ждала. И не надо быть гением, чтобы догадаться, кого ожидают. А стоило мне появиться, пристально посмотрела на меня, казалось бы, целую вечность. Но все же, спустя всего мгновение отделилась от стены и подойдя ближе, прикоснулась к руке, на которой еще можно заметить две дырочки.
- Что случилось? – проведя пальцами над ранками, поинтересовалась она.
- Поцарапала, - даже не моргнув солгала. Хотя, если присмотреться, это прозвучало почти как правда. Они уже почти зажили, не болят и действительно выглядят как две маленькие царапинки.
- Ты замерзла, - не вопрос. Констатация факта.
Сердце на целое мгновение замерло в груди, а потом пустилось вскачь. Такое ощущение, что вот-вот пробьет грудную клетку. И как ей объяснить, что это теперь моя нормальная температура?
- Все хорошо, мам, - в этот раз я приблизилась и мягко поцеловала ее в щеку, - просто я приняла таблетку, и она сделала мое тело холодным.
- Какая таблетка? - тут же насторожилась родительница и отстранившись, посмотрела в глаза. - Это наркотик?