Говорить такое и смотреть прямо на своего родителя было трудно до невозможности. Я не смогла выдавить из себя и звука, и просто кивнула. Мне было стыдно. За воображаемую таблетку и за свою трусость, и за нежелание говорить родному человеку правду. В этот момент я почувствовала себя самым гадким и трусливым вампиром который хоть когда-либо существовал. Хоть и вины моей здесь нет, от слова, совсем.
- Поехали в больницу, - вдруг заявила мама, - тебя должен осмотреть доктор.
Она уже побежала было в комнату за документами.
- Мам, не стоит, - осторожно остановила ее, - я уже была у одного доктора, он и кровь взял на анализы.
- И? Что сказал? - нетерпеливо поинтересовалась мама, замерев у двери, в сторону которой она направилась.
- Сказал, что таблетка изменила что-то в моем организме и теперь я навсегда останусь такой.
Мне снова стало до невозможности стыдно, но я не имею права ее пугать.
Я снова обняла маму и медленно повела в сторону спальни куда она и так шла. Ей нужно отдохнуть.
- Мам, прости, я действительно не подумала о последствиях, думала повеселюсь и пройдет, - шепнула, помогая ей лечь в постель.
- Не прошло, да? - ее голос прозвучал надломлено, будто все уже потеряно. И это она еще не знает про аллергию на солнечные лучи и мою кровожадность.
Нет уж, пусть лучше думает, что дочь безответственный подросток, нежели то, что на самом деле. Я лишь покачала головой. Потом передвинула табуретку и села так, чтобы держать маму за руку.
В комнате воцарилась тревожная тишина. Я смотрела на маму, а она на меня, и мы обе не находили подходящих слов, чтобы успокоить друг друга. Я машинально протянула руку и погладила ее по волосам. Длинные русые волосы, такие знакомые с детства, обзавелись парой седых волос. Их я в темноте видела преотлично и это обжигает душу намного больше, чем если бы она кричала на меня. Это было бы лучше, нежели вот это молчание.
Я долго гладила нежный шелк волос, незаметно вдыхая запах любимого шампуня. Казалось, что, если не буду этого делать, потеряю частичку себя. Мама незаметно закрыла глаза и вскоре ее дыхание выровнялось. Она крепко уснула, а я медленно положила ее теплую ладонь на постель и вышла.
В прихожей нашла свои брошенные у прихожки, рюкзак и сумочку, и торопливо вошла в свою комнату. В первую очередь задернула шторы, чтобы утром прямые солнечные лучи не попали на меня. А спустя секунду размышлений, решительно передвинула еще и шкаф полный одежды. С лёгкостью перенесла, которая не была доступна до этой трагической ночи. И уже после этого открыла сумочку.
Все мои вещи были на месте. Разрядившийся телефон, красная помада и блокнот со смешными цитатами из социальных сетей. Ключи с брелоком из серебра в форме сердца тут же. Я протянула к ним руку, но стоило пальцам коснуться металла как с шипением тут же отдернула, попутно опрокинув сумочку на пол. Шум при падении получился знатный, но меня не смог отвлечь. Любимый предмет нехило так обжигает. На светлых подушечках пальцев появились ярко-красные пятна, которые стремительно превратились в кровавые волдыри.
- Это еще что за черт? – пробормотала я сквозь стиснутые зубы.
Сдержать нецензурные слова получилось с трудом, так как ожоги при этом сильно болели и пытаясь унять боль, я подула на них.
27
Подождав немного в тишине и убедившись, что никто не придет, я снова подула на пальцы. И как только боль немного ослабла, поставила телефон на зарядку и отправилась в ванную. Не включая света, достала резиновые перчатки из шкафчика под раковиной и вернулась обратно в комнату. Осторожно, боясь снова ощутить все прелести от прикосновения аллергена, подняла ключи и вынула из связки брелок. Но перед тем, как убрать его в шкатулку, повторно потрогала и снова, с искрами перед глазами, убедилась, что серебро мне вредно. А после того, как спрятала в шкаф подальше, опять отправилась в ванную и найдя там антисептик и бинты, перебинтовала пострадавшую конечность. И после всего этого, переоделись в пижаму и легла в постель. И как раз вовремя. За окном занимался рассвет. Ночь была довольно насыщенная и пора отдохнуть. Вечером уже решу, что делать и как быть дальше. Я закрыла глаза и снова провалилась в привычную тьму без сновидений. Похоже, они для меня теперь недоступны.
Проснулась я на закате. Не знаю откуда, просто в голове возникла эта мысль. Встала с постели и подошла к зеркалу. На мне ничего не поменялось. Даже волосы не растрепались. И чувствовала себя преотлично. А ведь раньше усталость была моим постоянным спутником. Сняла с руки бинты, и к счастью, обнаружила, что кожа за день восстановилась. Даже рукой покрутила, чтобы убедиться, что это действительно не приснилось мне. Но приглядевшись повнимательней, рассмотрела крошечные шрамы. Значит серебро все-таки оставляет следы