Вот только когда мои губы нашли пульсирующую вену на шее Ковалева, рассудок вдруг меня покинул. Запах вскружил и так затуманенную голову. Я сама не поняла, как обнажила клыки и не задумывалась вонзила их в мягкую плоть.
64
Сладкая кровь упругой струйкой потекла по горлу, а я не смогла сдержать сладостного стона. За эти дни уже и не надеялась, что снова почувствую этот невероятный вкус на языке. Хотелось пить не останавливаясь, но стоило жажде хоть немного утихнуть, и я медленно отстранилась. Ковалев тут же пальцами сдавил ранки и не дал крови пролиться, как это было в лесу в прошлый раз. А вот мое лицо все же испачкалось, но несмотря на это, меня поцеловали.
Сначала я хотела отстраниться, так как считала, что должна умыться и уже после этого получать удовольствие от его прикосновений. Но так и не смогла прекратить этот умопомрачительный поцелуй с привкусом крови. Мы целовались словно обезумевшие, не в силах оторваться друг от друга. И сейчас совсем не важно, что мой мужчина сделал в прошлом. Он мой и уже никуда не исчезнет.
Прикоснувшись к моим припухшим от жарких поцелуев губам в последний раз, Коля мягко потянул меня в сторону, оставленного на дороге, автомобиля. Я безропотно последовала за ним, наслаждаясь его запахом и вкусом, что так ярко ощущается на языке. Это невероятно. Я же уже думала, что свидание безнадежно испорчено. И не сразу поняла, что поцелуи, это попытка меня покормить. Точнее он это сделал. Поделился со мной своей невероятно вкусной кровью.
И как ему сказать, что другая отныне на вкус пресная?
Хотя, думаю, ему это и не нужно. И так понял.
Мы вернулись к машине, заняли свои места, и Ковалев мягко тронулся. Как только мы выехали на главную дорогу, он достал из бардачка упаковку влажных салфеток и протянул мне. А ведь я совсем забыла, что надо бы привести себя в порядок. Как раз после этих крышесносных поцелуев мозг перестал работать. Я улыбнулась ему и достав зеркальце из сумочки, посмотрела на степень своей загрязненности. Собственное отражение порадовало. Измазанными в крови были только подбородок и шея. Платье уцелело. Поэтому, не теряя времени, быстро вытерла лицо и повернулась к своему кавалеру. У него и лицо, и шея. Даже закралась мысль, что не зря надел чёрное. Наверняка знал, что не сдержусь.
Достав еще одну салфетку, я потянулась к мужскому лицу, чтобы помочь ему. В первый момент он попытался увернуться, но затем передумал и подставил шею. Ран там уже не было, и я вытерла абсолютно здоровую кожу. Даже пальцами потрогала, чтобы убедиться, что там все зажило, не оставив после себя никаких следов.
- Почему у тебя рана на лице не заживает? - тихо спросила, мягко ведя чистой салфеткой по его подбородку, и она тут же окрасилась в алый цвет.
Губы, которые всего несколько минут назад дарили несказанное наслаждение, сжались в тонкую линию. Видно, что тема не из самых приятных. А самое главное, та, что нанесла эту рану, его двоюродная племянница. То есть совсем не чужая. И мне она не чужая. Пара моего брата. Как же тесен мир.
В момент, когда я закончила и хотела сказать, что, если не хочет, может не отвечать, он заговорил.
- Это от древнего серебра, - голос его звучал глухо. На меня оборотень не смотрел. Все его внимание было сосредоточено на дороге. - Такие раны заживают долго и оставляют после себя шрамы.
Я не собиралась смотреть на свои пальцы. Даже вспомнила о тех небольших точечках, что остались после встречи с любимым брелком, только после упоминания этого драгоценного металла. Я приблизила руку к лицу и посмотрела. Сразу вспомнилась та разъедающая боль, которую, наверняка, невозможно забыть.
Мое пристальное внимание внимание к собственной конечности не осталось незамеченным.
- Что там? - Ковалев мягко взял мою руку в свою и тоже посмотрел. Мелкие шрамы на подушечках пальцев не укрылось от него. - Это от серебра?
- От серебра, - глухо ответила, глядя на повязку, что скрывает почти половину лица. - Подарок брата.
Я ожидала, что он сейчас скажет, что ему жаль и тому подобное. Но ощутимо вздрогнула, когда почувствовала горячее дыхание на ладони, а затем на пальцах не менее горячие губы. Почему-то в голову пришла фраза из знаменитой рекламы: "Вместо тысячи слов".