- Я скучала, мама, - медленно проговорила, пригладив ее чуть растрепавшиеся после объятий, волосы.
- Я тоже, - ответила она. – Но из-за того, что мне казалось, что ты превратилась в монстра, старалась подавить в себе это.
- Мне самой так казалось, - призналась я, - даже убить себя хотела, но каким-то образом выжила.
- Как? - в ужасе ахнула мама и схватилась за сердце.
Я почувствовала себя не самым лучшим человеком. То есть вампиром. Не стоило говорить про свой неудавшийся суицид. Снова напугала ее.
- Все хорошо, мам, - снова взяла ее руку в свою и постаралась успокоить, - так получилось, что я была сильно подавлена и решила выйти на солнце.
- Ты горела, ведь так? - едва слышно сдавленно прошептала она и слезы снова потекли по лицу. - Это из-за меня, да?
- Не из-за тебя и давай не будем об этом, - постаралась сменить неприятную тему, - мне самой не хочется вспоминать о своем необдуманном шаге.
Говорить это действительно оказалось сложнее, чем, казалось бы, на первый момент. В горле стоял ком, который сильно мешал и я, часто сглатывала, что, правда, не приносило пользы. Но я интуитивно чувствовала, что все делаю правильно. И мама поймёт меня как никто другой.
В подвале воцарилась невольная тишина. Мама постепенно успокаивалась. Я ей дала возможность взять себя в руки и молча обнимала, поддерживая.
- Ты теперь не сможешь выходить на солнце? - спустя время, спросила она, снова с беспокойством посмотрев мне в глаза.
- Смогу, - слабо улыбнулась ей, - как мне сказали, это временно и скоро пройдёт.
В этот момент наверху что-то грохнуло, будто тяжелое тело упало. Послышался шум возни и ругательства, а затем хлопнула дверь, ведущая в подвал. Но не прошло и секунды, как на лестнице появился Ковалев с наливающимся синяком на левой скуле.
- Скажи, - потребовал он с трудом переводя дыхание, - скажи, что ты этого не сделала?
77
От такого неожиданного вторжения я растерялась. Что именно он хочет услышать? И что такого я сделала? Забыла обо всем напрочь, когда увидела его невменяемое состояние.
Да и вспомнить что-либо просто не успела. В мгновение ока оборотень подбежал ко мне и сгреб в охапку.
- Ты пыталась убить себя? - прижав к себе с такой силой, что я и пискнуть не смогла, спросил он, зарывшись носом мне в макушку. Похоже он теряет контроль.
- Это было месяц назад, - с трудом выдавила я и попыталась его мягко оттолкнуть.
Риска задохнуться не было. Но то, что он сильно прижимает к себе, мне совсем не нравится.
- Николай, - громко позвала мама, немного отойдя от шока, - отпустите мою дочь.
В ответ оборотень на нее зарычал. А вот этого я простить не могла. Зашипев словно кошка, я зарядила ему в лодыжку что есть силы. Волк застонал и посмотрел на меня вполне осознанно, но не отпустил. А я не собиралась ждать, пока он решится разжать руки-тиски и постаралась ударить в самое уязвимое место мужской анатомии. Но и это оборотень пресек, просто поменяв позу.
Да что вообще происходит-то?
Мысленно я уже три раза помянула чёрта, а в вслух лишь снова зашипела.
Помощь пришла как всегда оттуда, откуда не ждали. В подвал спешно спустились Алексей, Валя и Антонина. Последняя тут же подошла к моей маме, увела ее в угол и тихо зашептала ей то, что тут ничего страшного нет. Что мне ничего не грозит и что оборотень не может справиться со своим страхом.
- "Нормально, а? – возмутилась в мыслях я. - Меня используют как антидепрессант."
Но пока пришлось молчать, так как из-за хватки сильной волка, кислород вдохнуть и соответственно говорить, не могла. Я только сейчас поняла, что дышать мне все же надо. Без него, как показывает практика, не могу разговаривать.
А между тем, альфа подошла ближе и позвала, да так, что у меня голова тут же взорвалась сильнейшей болью.
- Николай.
Всего одно слово и Ковалев моргнул, а затем опустив меня и держась за голову, рухнул на колени. Ни одного звука. А ведь боль, что чувствует, адская. Я сама удержалась на ногах с большим трудом и тоже держалась за голову. Но к счастью, давление быстро исчезло. Валя все еще стоя рядом, холодно спросила:
- Успокоился?
Коля, пошатываясь, поднялся и твёрдо, насколько позволяет состояние, ответил:
- Прошу прощения, альфа, такого больше не случится.
- Не случится, - согласилась волчица, а у меня мурашки прошли по телу, - я отменяю твое право приходить в стаю.