— Я... э-э-э... не был бы столь в этом уверен, Марго. И к твоему сведению, — он оторвался от чтения по руке и взглянул на Марго непривычно холодно, — я не вещь, которую можно одолжить на время или позаимствовать. Я не чья-нибудь собственность и принадлежу только себе.
Лоррен пришла в восторг от этих попыток Алана вырваться из хищных лап Марго, но понимала, что он обречен на поражение. Она вспомнила его слова: «Что такие, как Марго, захотят в этом мире, они это получат».
Марго раздраженно посмотрела на него, резко встала и потащила Хью на площадку для танцев. Алан наблюдал за ними с удовлетворенной улыбкой. Заиграла музыка, тихая и нежная.
— Выпьем, Лоррен? — Она кивнула, и, уходя к бару, он прошептал ей на ухо: — Меня зовут Алан.
Вскоре он вернулся и поставил перед ней бокал с шерри.
— Спасибо... Алан. — Его имя имело вкус меда на ее губах, а от его улыбки сердце сбивалось с ритма.
Он выпил свой бокал залпом, Лоррен потихоньку потягивала из своего.
— Допивайте быстрее, — нетерпеливо сказал Алан, — я хочу танцевать.
Она послушалась, и он, взяв ее за руку, потащил за собой. Они танцевали молча, и Лоррен была этому рада. Они двигались в безупречном единстве, и Алан прошептал ей на ухо:
— И это называется — вы не умеете танцевать?
— Странно, — ответила она, — но с вами у меня все получается.
Он ответил серьезной улыбкой, словно прекрасно знал то, что казалось выше ее понимания. Танец закончился, и они вернулись к столу. На этот раз они были одни. Лоррен отчаянно боролась с охватившей ее зевотой, но та, как предатель, подкралась незаметно и выдала ее усталость. Алан заметил это.
— Притомились?
— Немного.
— Но как ребенок на вечеринке для взрослых, вы не хотите сдаваться?
— Возможно, — улыбнулась она.
— Вам здесь нравится?
— Спасибо, очень! — Лоррен уже забыла о своем одиночестве в начале бала.
— Может, отвезти вас домой?
Лоррен хотела покачать головой, но вместо этого согласно кивнула:
— Да, пожалуйста, Алан.
В дамской комнате она отыскала свое пальто, и вскоре они с Аланом уже сидели в его машине, скользящей по темным и пустынным улицам города. Подъехав к дому, он выключил зажигание, и наступила полная тишина. Каждым нервом своего тела Лоррен чувствовала близость мужчины, в которого была так сильно влюблена. Алан взял девушку за подбородок и повернул ее голову к себе. Сердце Лоррен было готово выскочить из груди.
Рука Алана потянулась к банту у нее на шее, и она позволила ему его снять. Шарф упал, и волосы Лоррен рассыпались по ее плечам. Очень медленно Алан расстегнул ее пальто, пуговицу за пуговицей, скользнул руками под него и, обняв девушку за талию, притянул к себе, жадно припав к ее губам своими. Лоррен тонула все глубже и глубже в этом неизведанном доселе море наслаждения. Через несколько минут Алан, взяв себя в руки, оторвался от нее, но Лоррен, к своему удивлению, сама прильнула к его губам, как тонущий человек крепко хватается за спасительный плот. И вновь она погружалась в это неизведанное море, испытывая исступленный восторг от ласкающих ее тело рук любимого мужчины. Ничего подобного она еще ни разу не испытывала в своей жизни и не хотела, чтобы это кончалось.
Наконец они оторвались друг от друга, и наступила оглушающая тишина.
— Боже мой! — услышала она вдруг тихий шепот Алана. — Боже мой!
Лоррен была полностью опустошена, она отодвинулась от него и в изнеможении откинула голову на спинку сиденья. Молчание стало невыносимым. Алан не пытался больше притронуться к ней, и девушка постепенно стала приходить в себя. Лоррен вдруг ощутила страшное смущение и начала впадать в панику, осознав, что своим страстным ответом на его поцелуй она выдала себя, раскрыла сидящему с ней рядом и не питающему к ней никакого интереса мужчине силу своих чувств, которая потрясла его и привела в замешательство.
Только теперь девушка поняла, что произошло: она позорно нарушила границу того места, куда, как он однажды выразился, он никогда не пригласит ее войти. С трудом заставила она себя произнести горькие для нее слова:
— Извините, что заблудилась в вашем саду... — Она помедлила немного и продолжила: — Под вашей опытной рукой я подросла и зацвела, не так ли? И теперь вам остается только вырвать меня с корнем и отбросить в сторону, как сорную траву. — Лоррен пыталась открыть дверцу машины. — Я избавлю вас от хлопот. — Ее голос дрогнул. — Я уйду сама через маленькую калитку и закрою ее за собой. Будьте уверены, что больше я никогда не заблужусь в вашем саду. — Наконец ей удалось справиться с дверцей и она вышла из машины. — Спасибо, что подвезли, — сказала она Алану, отчаянно пытаясь унять дрожь в голосе, — спокойной ночи. — Она захлопнула дверцу.