Лоррен вытащила из-под подушки пакет и улыбаясь протянула его Алану.
— Я не это имел в виду, — покачал он головой и наклонился к ней. — Я бы предпочел вот это!
Но Лоррен, отвернувшись, решительно подала ему пакет.
— Нет, вот ваш подарок, — сказала она и стала наблюдать за тем, как он его разворачивает. — Не очень оригинально, — извинилась она, — но...
Она замерла, заметив, как от радости засветились его глаза. Это была самая высокая оценка ее подарка. Алан приложил галстук к рубашке.
— Я буду носить его, пока он совсем не потрется, — повернулся он к девушке. — Но судя по тому, сколько он должен стоить, это произойдет не очень скоро и понадобятся годы, чтобы его износить. Теперь я собираюсь сказать «спасибо». — И с этими словами Алан приник к ее губам страстным и долгим поцелуем, а Лоррен была слишком слаба, чтобы противиться этому. — Не хватало меня? — наконец оторвавшись от ее губ, прошептал он.
Девушка кивнула и по его глазам поняла, что он прекрасно это знает.
— Что?! — злорадно воскликнул Алан. — И это при том, что здесь Мэттью?
Лоррен нечего было ответить, а он снова обнял ее, и на этот раз его поцелуй оказался теплым и нежным. Отстранившись, Алан пристально взглянул на девушку и увидел ее глаза, полные любви к нему.
— Я победил, правда? Выиграл эту битву! — воскликнул он.
— Какую битву? — Лоррен почувствовала, как у нее внутри все заледенело.
— Я все-таки завлек вас туда, куда, как я говорил, я никогда бы не позволил вам войти. И вы не можете этого отрицать. Теперь вы — цветок в моем саду.
Его насмешливая улыбка рвала на части ее сердце, а следующие слова ударили ее как хлыстом.
— Вы ведь знаете, что я делаю с моими цветами? — продолжал он, понизив голос. — Я срываю их, когда они в полном цвету, вот так, — он пробежал пальцами по ее горлу, от уха до уха, — и выбрасываю как сорняки. — Жесткое выражение постепенно исчезло из его глаз, и он расслабился. — Теперь вы представляете, что вас ожидает.
Алан торжествующе улыбнулся, но в его улыбке, кроме упоения победой, было еще что-то неуловимое и дразнящее ложными надеждами, но Лоррен не могла понять что.
— И ничего-то вы с этим, моя сладкая, не поделаете! — закончил он, как ей показалось, с тайным злорадством.
Лоррен поняла, что погибла, сама бросилась очертя голову в мужскую западню и теперь отчаянно пыталась найти выход из создавшейся ситуации.
— Неужели я там? — воскликнула она. — А как насчет Мэттью? Откуда вы знаете, что я его не люблю? Он прекрасный человек, искренний, преданный и заслуживающий доверия!
— Которым я не являюсь?
— Нет! Вы — нет. Вы сами сказали мне об этом.
Алан молча, оценивающе посмотрел на нее:
— Вы уверены, что Мэттью — преданный тип?
— Я знаю, что он любит меня, — прошептала она в ответ.
— И вы любите его? — Глаза Лоррен замерцали, но тут же погасли под его тяжелым взглядом. — Я знаю, кого вы любите, моя сладкая, — сказал он, и в его словах не было нежности. — И это совсем не Мэттью!
— Он хочет жениться на мне, — прошептала Лоррен, словно это было доказательством любви Мэттью.
Казалось, что последовавшая тишина наполнена его презрением. Наконец Алан нарушил молчание:
— И вы сделаете это, воспользуетесь Мэттью, чтобы выбросить меня из своей жизни? — Он улыбнулся своей обычной циничной улыбкой, но в этот раз как-то безрадостно. — Как вам не стыдно! — добавил он и ушел.
Лоррен отвернулась к стене и спрятала пылавшие щеки в подушку. Теперь она все поняла — умышленно и хладнокровно Алан заставил ее полюбить себя. И все ради того, чтобы доказать самому себе, что он может это сделать. И она так глупо позволила себе попасться в его хитромудрые сети, а потом, вопреки своему здравомыслию, начала доверять этому человеку. А теперь ей остается лишь всю жизнь сожалеть об этом.
— Что случилось, любимая? — донесся до нее голос Мэттью. Она оторвалась от подушки и повернула к нему заплаканное лицо.
Мэттью обнял ее, и Лоррен разрыдалась, прильнув к его груди, а он гладил ее волосы, пытаясь успокоить. Дверь внезапно открылась и вошел Алан.
— Лоррен, — сказал он, — я принес тебе несколько газет для...
Лоррен крепче вцепилась в Мэттью, как будто не собиралась его отпускать от себя никогда. Никто из них не обратил на Алана внимания, и он вышел, выразительно хлопнув дверью и поставив точку на всем.
Лоррен немного успокоилась, и Мэттью спросил ее, почему она плачет. Когда она рассказала ему, он только покачал головой.