Затем девушка повернулась лицом к мужчине, загораживая своим телом младшую.
- А вот ты, Белихов… Ты у нас похоже не профессор, а штатный дурачок!
- Лучше умолкни… - голос профессора пылал нескрываемым раздражением.
- И не подумаю! – протестовала черноволосая, - это ведь ты завалил задание! Тебя просили только напугать мальчишку, а ты выстрелил ему в живот! Да ещё так театрально! Что ты там ему сказал напоследок?
- Ты знаешь? – недоверчиво процедил сквозь зубы профессор, - Откуда?
- Мне сказал Сатриус! – девушка угрожающе нависла над профессором, - И прибирать за тобой было чертовски неприятно! Мало того, что провалился, так ты ещё и психов выпустил!
- Не стоит меня сейчас во всём обвинять! – побагровел Белихов, - к побегу я никакого отношения не имею!
- А ты не смей срываться на Кувшинку! – глаза черноволосой полыхнули недобрым огнём.
- Опять спорите? – прервал перебранку искажённый электрической хрипотой голос.
В дверном проёме появилось полумеханическое существо. Его тело было усилено металлическими приводами наружного скелета, надетого поверх одежды. Стальной рыцарский шлем без забрала защищал голову. Лицо скрывала подсоединённая ко рту трубка герметичного дыхания отходившая из висевшего на плечах ранца. Живыми оставались лишь блестящие над дыхательной маской глаза существа – глаза человека.
- Привет, Гевехр! – радостно воскликнула Кувшинка.
Биомеханическое существо удосужилось лишь сдержанным кивком. Гевехр обратился к присутствующим:
- Наденьте мантии, - неестественный голос сопровождался свистом помех – речь давалась существу с трудом.
Гевехр вынул из под плаща небольшой тряпичный мешок и бросил его на пол. Двое мужчин и две девушки подошли к мешку и извлекали свёрнутые трубочкой алые мантии.
- Твоего размера опять не нашёл, - обратился Гевехр к Кувшинке.
- Но я хочу носить мантию как и все! Как Глазастик! – криком выразила своё возмущение девочка.
- Что ж, по крайней мере не придётся переодеваться, - подбодрила её наставница, - а это весьма утомительное занятие, и зеркала я здесь не вижу.
- Потуши сигарету, - звякнул Гевехр, обращаясь к черноволосой.
- Он разрешает мне здесь курить! Так что отвяжись, инвалид! – огрызнулась девушка.
Из под дыхательной маски раздался шквал белого шума, скрежет помех которого почти перебил все слова Гевехра. Единственным отчётливо прозвучавшим было отрывистое: «Не разрешаю!».
Девушка удивлённо уставилась на кипящего Гевехра.
- Ты мне запрещаешь? – переспросила она, демонстративно затягивая дым.
- Да, запрещаю! – механический голос окрасился злостью.
- Сейчас не время для ссор! – напомнил о своём присутствии успевший накинуть мантию профессор Белихов.
Девушка возмущенно посмотрела в потолок, но сигарету всё же потушила.
Дверь вновь заскрипела. Высокий широкоплечий мужчина, имевший какой-то кожный дефект, вошёл в комнату. Его лицо и руки покрывали жёлто-зелёные струпья похожие на маленькие чешуйки. Распространялась ли эта болезнь на всё тело – понять было невозможно, так как человек тщательно закутался в алую мантию. Он не поздоровался – лишь молчаливо наблюдал, как переодеваются его соратники.
- Отвернись, Дубов! – воскликнула черноволосая.
- Мантию можно носить и поверх одежды, - брызнул слюной покрытый чешуйками человек, - Совсем не обязательно показывать нам своё нижнее бельё.
- Отвали, от неё, - зашипела на него Кувшинка.
Девушка подмигнула младшей и погладила её волосы, едва заметно улыбаясь.
- Что, надеешься завалить его в постель? – презрительно ухмыльнулся Дубов, - думаешь, он сейчас войдёт, увидит тебя без одежды и …
- Просто заткнись, - повторила Кувшинка, грозя ему пальцем. – Ты всегда врёшь!
- А я смотрю, тебя не плохо выдрессировали, хомячок, - Дубов расплылся в улыбке.
- Я ТЕБЕ НЕ ХОМЯЧОК!!! – взорвалась криком девчушка, и на её глаза навернулись слёзы.
- Но ведь именно так тебя называл твой папочка, - подливал масло в огонь Дубов, не желая останавливаться.