Арина повернулась к вошедшей следом за ней сестре, та была явно ошарашена столь вопиющей наглостью.
- Помнишь, ещё в детстве мы наспор держали руки над свечой? – Арина показала ей витиеватый почти выцветший шрам на тыльной стороне ладони. – Ты продержалась на секунду дольше.
Арина сняла крышку с кастрюльки и запустила руку в кипящее варево. Спустя секунду она взвыла, выстукивала ногой хаотичный пляс и продолжала бороться с болью всё сильней обжигая руку.
- Ты ебанутая?! – Ольга схватила сестру за шиворот и отшвырнула от плиты, кастрюлька с супом упала на пол, разбрызгав кипящую жидкость во все стороны.
Арина плакала от боли, но на её лице поигрывала странная торжествующая улыбка. Она вытянула перед собой ошпаренную руку, на глазах покрывшуюся волдырями. Затем она извлекла из кармана пузырёк с неизвестной микстурой и брызнула несколько капель на сильнейший ожог. Жидкость въедалась в повреждённую кожу, излучая странный серебристый свет. Андрей и Ольга оцепенели. Свечение исцеляло руку, ожог исчезал на глазах.
- Что это за фокус? – растерянно произнёс Андрей, окидывая взглядом сестёр.
- Не фокус, - поправила его Арина, - магия.
- То есть, ты хочешь сказать, что магия существует? – с явным недоверием уточнила Ольга.
- Да, именно так, - подтвердила Арина, - и если вы не поверите мне сейчас, то я просто уйду, и никогда больше вас не потревожу. Я сама помогу твоему сыну, а ты просто упустишь свой последний шанс восстановить с ним отношения.
- Нет, постой, - Ольга силилась сказать что-то ещё но не могла найти для этого слов.
- Да с какой стати тебе вдруг понадобилось помогать Антону? – просипел Андрей, - ты обвиняешь нас во всех смертных грехах, хотя сама…
- Потому что мне страшно! – выкрикнула Арина, - а страх толкает людей на любые крайности!
- Не лучше ли будет обратиться в полицию? – настаивала на своём Ольга, от холодного и ненавистного тона которой не осталось и следа.
- Нет, - отрешённо подытожила Арина, - полиция не сможет ничего сделать. Произойдёт всё что угодно – полицейские просто не примут у нас заявление, или перестреляют друг друга, или посадят в тюрьму нас, но искать его они не станут. Сатриус Гильван с лёгкостью манипулирует сознанием людей.
- Да это же бред, - не унимался Андрей, - какая ещё магия? Какое сознание людей?
- Да, звучит это странно, и поверить в это сложно, - подтвердила Арина, - но это так. Нет больше никаких причин для лжи.
Андрей расхаживал по кухне, останавливался, рассматривал сестёр, затем вновь погружался в раздумья, и продолжал мерить шагами помещение. Ольга невидящими глазами уставилась на сестру и не могла её рассмотреть, всё ещё не желала её видеть. Лёд в их отношениях таял, и это пугало не меньше, чем какая-то неведомая магия.
Молчание становилось невыносимым. Люди, столько лет избегавшие друг друга, теперь готовились заключить сделку.
- Знаешь, а ведь мы должны были принять, то что наш сын особенный, - Ольга обратилась к мужу, - ведь его диагноз оказался не так уж страшен… Мальчишка был практически нормальным…
- Если бы только он поменьше психовал, не лез в передряги, не оскорблял бы нас по сто раз на дню - Андрей скривил губы и сощурил правый глаз, - и не изводил нас вопросами о своей воображаемой подружке.
Ольга робко улыбнулась. Теперь все эти воспоминания казались ей приятными. Нет, они не перестали быть грустными и депрессивными, и ко всему прочему будили целый спектр противоречивых чувств, но все они были о её сыне.
- Что ты сейчас сказал? – у Арины от удивления отвисла нижняя челюсть.
- Ну, мальчик - он был проблемный, - Андрей замялся, пытаясь тактично сгладить свои претензии к сыну, - не слушался никогда, делал всё наоборот…
- Да нет же! – прикрикнула Арина в нетерпении. - О какой воображаемой подружке ты там говорил?
- Ах, ты об этом, - выдохнул Андрей, - мальчишка вбил себе в голову, что у него есть сестра, представляешь! Искал её, спрашивал про неё – пришлось отправить его в лечебницу. Мы то поначалу думали, что он так нас доводит, дурачится просто, но оказалось…
- Стой, - прервала его Арина, содрогаясь всем телом, - но это может быть правдой!