- ВЭН! – Старец хрипло вскрикнул, ругнулся под нос, посмотрел на Антона.
Что-то мерзкое и отвратительное таилось во взгляде Скалова. Секреты могут быть и постыдными, но Скалов их бы точно не стыдился. Антон понял источник мгновенной неприязни к старцу. Скалов не воспринимал никого как человека – лишь как орудие или ресурс. Так же на людей смотрел и Холмогоров – ныне почивший главврач психиатрической лечебницы.
- Я же сказал тебе, чтобы сопляка к нам не приводил, - Скалов теперь напоминал злобную рычащую собаку, - он бесполезен и не нужен нам.
- Он мой протеже, - холодно отрезал Вэн.
Скалов рассмеялся. Он чавкал старческим вваленным ртом, отчего всё явственнее походил на душевнобольного.
- Из этого?! – Он не мог перебороть смех, - да твоего неуча победит любой ребёнок из Цитадели. Выкинь ты этого щенка обратно на помойку! Не мучайся.
Антон побагровел. Руки мгновенно сжались в кулаки. Но одномоментно с яростью им овладевал и ужас. Ведь этот безумец прав! Антон ничего не знает о магии! И скорее всего будет в этой крепости посмешищем. Этаким переростком-недоучкой – дежурной жертвой для подколок и издевательств. Что ж, придётся это вынести. Антон подавил в себе злобу, во всяком случае перестал транслировать её внешне, посмотрел старцу в глаза и заговорил почти спокойно.
- Я не думаю, что буду вам такой уж большой обузой, а Вэн выбрал меня своим учеником, а не ваших распрекрасных детей Цитадели, и с этим вам придётся мириться, - закончил он довольно грубо.
Теперь засмеялся Вэн. Старец скривился яростной гримасой отчего ещё больше походил на козла. Антон ожидал, что тот вот-вот заблеет и засмеялся.
- Ты просто шваль, - Скалов обращался к Антону, - Я уничтожу тебя медленно.
Антон теперь выглядел до смерти перепуганным. Он ведь только что нагрубил и перешёл дорогу одному из самых могущественных волшебников. Вэн продолжал смеяться.
- А что, - Вэн вернулся в разговор, - привыкай. Мой ученик – совсем не подарок, поэтому тебя теперь будут посылать ко всем святым по сто раз на дню.
- Твой сопляк подохнет у меня на тренировках, а если ещё раз оскорбит кого-то из Высших, ТО Я ЛИЧНО СЛОМАЮ ЕМУ ВСЕ КОНЕЧНОСТИ И ВЫШВЫРНУ В ЛЕС К ЭТИМ ФАНАТИКАМ!!! – Скалов кипел от бешенства.
Старец смерил их презрительным уничтожающим взглядом, круто развернулся, и поплёлся обратно во внутрь крепостных стен.
- Что я наделал… - сокрушённо выдохнул Антон,- теперь мне точно конец!
- В самом деле? – Вэн опять использовал свой лекторский тон, - ты ведь собрался выступить против Сатриуса Гильвана и забрать из его цепких рук свою сестрицу. А теперь ты испугаешься эту седую тлю?
Антон был ошарашен. Та небрежность, с которой Вэн отзывался о Старшем Маге Ордена, одновременно и подкупала и отторгала. Готовность противостоять любой опасности, растоптать любой авторитет – Вэн был способен на это. Но в то же время он явно превозносил собственную значимость над значимостью всех других людей. Только его действия плетут миссию по спасению… «Что же он действительно спасает?» - Антон задумался.
Вэн позвал его жестом и отвёл в сторону под сень высоких раскидистых древ. Антон пожал плечами, не понимая в чём тут суть дела.
- Прежде, чем мы войдём, ты должен кое-что уяснить, - Вэн прошептал что-то невнятное и воздух будто поплыл вокруг них.
- Хорошо, - Антон выразил готовность слушать.
- Там внутри живёт очень много совершенно разных чародеев, и верить там никому нельзя. Вообще никому. – Вэн на секунду смягчился, - я знаю твой возраст. Как люди ведут себя в твои годы. Но в Цитадели и так слишком опасно, там нужно быть всегда на чеку. Понимаешь?
- Но что такого страшного там может быть? Ну да Скалов не даст мне теперь спуску, - Антон обретал подростковую бунтарскую уверенность.
- Люди. Вот что самое страшное за этой дверью. Люди и их поступки. – Вэн не поучал протеже, не ругал его – он делился опытом, - часть из них только номинально состоят в Ордене и предпочли бы присягнуть Сатриусу Гильвану, а кто-то уже присягнул, и делает для Владыки чёрную работу здесь в Цитадели. И ты не можешь быть абсолютно уверен, кто на самом деле стоит перед тобой. Не ищи в Цитадели ни друзей, ни врагов и уж тем более не вздумай искать здесь любви.