– Ну за что?! – выкрикнул сквозь боль и слёзы Энни, – она попыталась встать.
– За дело. Достаточно того, что ты мне почему-то не понравилась, – Королева не менее грациозно и быстро выставила впредь ладонь и Энни отлетела ещё дальше, снова упав на спину, – ну, что это было?
– Магия... Магия. Понятно. Но зачем же так со мной?
– А как тебе то, что завтра на рассвете такую несносную чертовку могут повесить?
– Просто отпустите меня домой, я никогда больше сюда не вернусь, по своей воле, не хочу, – Энни смогла встать.
– Неужели? Знаешь что, я сделаю тебе подарок, – Королева выставила руку вперёд, в ней возник старый потемневший ключ, – это сделала я сама, он волшебный, как и многое тут. Ключ сможет вернуть тебя сюда обратно, если ты захочешь. Но не вернёт тебя обратно домой.
– Благодарю. И всё же, зачем мне он? Я хочу домой. Мне невыносимо здесь. Это такое изощрённое издевательство?
– М-м, Потом поймёшь… Может и поумнеешь ещё. Твой мир ведь никак не называется?
– Э-э, вроде бы нет. Никогда не думала над этим.
– Вот и наш мир никак не называется. Ну почти. Информация для размышления.
– Но люди обычно зовут своё место, где они родились, выросли, домом.
– Какой ты ещё в сущности ребенок, да-да. Люди могут называть домом что угодно. И вообще, если дом – лишь место, то какой в нём прок? А если дом – люди, истории, воспоминания, то ничего не стоит их перенести в любое место. Тут я могу припомнить твоё множество стран в твоём чудном мирке. Назревает вопрос, кому всё это надо? Мы делаем дом домом, или он нас? Государства ваши, мужчины в костюмах… Да, иногда магия может помочь всё устроить намного быстрее. А вас просто держат за наивных болванчиков, – Королева расплылась в улыбке.
– Вы довольно сильно, умело владеете магией?
– Ты сумела в этом убедиться. И это то, что разительно отличает нас. Любым людям нужна власть, а получив её, они забывают обо всём на свете. Уходит всё плохое, но уходит и много хорошего. Достигнув же хотя бы расположения могущественных персон, они также забывают, что ещё вчера их, этих самых персон, ненавидели. Ведь теперь их мир совсем иной. Не находишь это грустным?
– Тяжело о таком думать, после вашего нападения, простите.
– Ничего страшного, это тебе только на пользу. А я себе в этом не смогла отказать, – её лицо исказилось ужасной улыбкой.
– Да что же я вам сделала?
– Ты так и будешь топтаться на месте? Ты получила уже за то, что у меня с утра чешутся руки, пора было понять – я не собираюсь отчитываться перед очередной куклой, вроде тебя.
– И что же мне делать?
– Дай подумать, – Королева достала небольшой кусочек торта, с белоснежным кремом, усыпанный перетёртым яблоком и красной смородиной, начав им лакомиться, – наверное, тебе не мешало бы поесть самой, иначе ты умрёшь тут скоро.
– Пока я не голодна, но если так и буду прикована здесь, то мне несдобровать.
– Что-то никаких цепей не вижу.
– Цепей то нет, – резонно заметил Ричард, усмехнувшись, – однако, тут частенько мелькают разные звери, чудовищные! Она не может сдерживает их, но не может держать вечно. Ночью, дорогая Энни, они могут оставить от тебя лишь косточки.
– Скажите прямо, вы не хотите мне помогать? – обратилась Энни к Королеве, теперь ей становилось все неуютнее. Боже, что может случиться!
– Нет. Я считаю, что ты – плохой человек.
– И чем же я так провинилась? Я хочу знать.
– Это две, несколько разные, вещи. Однако в любом случае очень важно, для любого общества, понимать, кто тут плох. Ибо мы – хорошие люди, отсеиваем вас, опасных индивидов, во благо нашего мира. Это так просто, и всегда есть занятие, – она хихикнула.
– У нас так не делают, мы добрее, – буркнула Энни.
– Ещё как делают. И ещё как злее. Когда я поднималась к сосне, ты подумала о том, что неплохо было бы иметь такое же королевское платье. Но стоит оно дорого. Деньги. Ох, какая эта ужасная вещь.
– Что же тут ужасного?
– Ужасен сам строй, на котором они основаны.
– Кажется, они были всегда.
– Я так не думаю. Впрочем, люди всегда были ещё тем отребьем, не поспоришь. Деньги, лишь ещё один способ закабаления целых народов. Боюсь, что людям иначе не выжить. Нет праведной искры.
– И как же у вас? Неужели все иначе?
– Всё иначе, однако имеет тот же смысл. Да и зачем вообще нужны посредники, когда сам человек, по одиночке, может добывать что угодно, обращаться со своими вещами, вступать в сделки, и прочие взаимоотношения со многими другими. Это уже куда сложнее.
– Но лично Вам то куда проще! Ваш народ, живёт ли он счастлива?