Они отнесли Марианну за невысокий кустарник метрах в двадцати от дороги. Ирина кивком указала на небольшой, полузаросший ров в земле — по-видимому, остаток окопа, которых в этих местах когда-то было видимо-невидимо.
— Туда. И присыпь её чем-нибудь. Ветками, что ли. Или листьями… А я пойду в машину.
Она уже сделала несколько шагов по направлению к дороге, как вдруг остановилась и через плечо бросила:
— Сумочку её проверь. Не хватало, чтобы эта шлюшка паспорт с собой таскала. Или твою фотографию…
Ремешок маленькой, модной сумочки был плотно обернут вокруг кисти Марианны. Преодолевая брезгливость, Александр Николаевич освободил сумку, открыл её и убедился, что Императрица, как всегда, была права: паспорт там лежал. Но больше ничего интересного не обнаружилось, кроме ключей, которые он тут же забросил подальше в кусты. Поднес к паспорту зажигалку и внимательно проследил, как пламя превращает основной документ бывшего советского, а ныне российского гражданина в кучку пепла. Вот и все. Прощай, Марианна…
К машине он возвращался так, будто к каждой ноге у него было привязано по ядру. Не хотелось видеть Императрицу, говорить с ней, вообще ничего не хотелось. Кроме одного: каким-то волшебным образом оказаться в собственной комнате и обнаружить, что весь этот кошмар ему просто приснился. Бред. Игра больного воображения. Но волшебства не произошло, только разговаривать с Ириной ему не пришлось. То, что он несколько минут назад бессознательно воспринял как стрекот какого-то насекомого, превратилось в треск, а потом — в гул. Над дорогой бреющим полетом пронесся блестящий вытянутый корпус мини-вертолета. Оперативно, однако, действуют люди Босса.
Вертолет сделал пару кругов, завис над дорогой и приземлился. Из него выскочил дюжий охранник и почтительно отворил вторую дверцу, из-за которой появился небольшого роста мужчина, почти карлик, лысый и в темных очках. Ирина затоптала очередную сигарету и пошла навстречу прибывшим.
— Папик! — пропела она. — Как хорошо, что ты сам прилетел. А то я уже по тебе соскучилась. Видишь, это любовник Марианны, никак в себя прийти не может, что угробил её. Жалко человека, правда?
Мужчина снял темные очки и устремил на Александра Николаевича такой злобный и холодный взгляд, что у него ноги подкосились. Это, без всякого преувеличения, были глаза убийцы, причем убийцы-маньяка. Стоявший за ним секьюрити выглядел ничуть не более дружелюбно.
— Так, — проскрипел коротышка, — угробил, значит, девочку? А в тюрьму не хочешь? Правильно соображаешь. Только имей в виду вот ещё что: сейчас я заберу отсюда свою супругу, а ты на всю оставшуюся жизнь забудешь, что когда-то был с ней знаком. Если, конечно, хочешь жить. Никакой Марианны мы не знаем, никогда в глаза её не видели, никаких дел с ней не имели.
— Естественно, — как бы даже недоуменно произнесла Императрица, но супруг отмахнулся от нее, как от докучливой мухи:
— Ты тоже помолчи. Сегодня же отправлю в санаторий — только подальше отсюда. По тебе давно швейцарская клиника плачет, вот там и отдохнешь, а заодно посидишь в карантине, устал я от твоих выходок. Давай в вертолет, быстро.
Александр Николаевич понял, что все обстоит ещё хуже, чем он думал до этого:
— Ирина! Но вы же не можете… Я же тебе… то есть вам…
Лицо женщины искривилось в неприятной гримасе, она повернулась к любовнику и сказала почти по складам:
— Мразь. Дебил. Ты бы хоть поучился, как настоящие мужчины поступают. Вот мой муж меня любит. А ты… Не было тебя в моей жизни, ты мне даже не снился.
Она стремительно пошла к вертолету, а коротышка задержался ещё на пару минут, чтобы расставить уже все точки над «и».
— Даю тебе три часа форы, недоносок. Через три часа машина будет объявлена в розыск. Моли бога, что сейчас мне некогда с тобой возиться, надо Ирину спасать. И запомни: моя жена никогда и ни в чем не будет виновата. Здесь её просто не было. Она со вчерашнего дня — в Цюрихе. И помалкивай, если…
Он не закончил фразу, но все было и так ясно. Вертолет взмыл в небо, а Александр Николаевич так и остался стоять возле «Джипа», не в силах сделать ни одного движения и ощущая только противную дрожь в ногах и холодный пот на спине. И вдруг его осенило.
Алина! Нужно позвонить Алине. Только она сейчас в состоянии вытащить его из этого кошмара. С её интуицией, с её предвиденьем, с её умением находить выходы из безвыходных ситуаций. В конце концов, она его может даже пока спрятать, а там видно будет. Только бы она была дома! Только бы никуда не отлучилась!