— Ну, вот, — будничным голосом сказала она, — ты её и убил. На моих глазах. То, что доктор прописал.
— Я никого не убивал! — истерично закричал он. — Я её пальцем не тронул! Это все твои идеи, твои игры с наркотиками, твои дурацкие шуточки! Ты, ты предлагала её убить! Ты и будешь отвечать!
Императрица посмотрела на него с холодным любопытством, не проявляя даже тени нервозности:
— Так. Ты, оказывается, ещё больший слизняк, чем все остальные. Тоже мне, герой-любовник. Ладно, расслабься. Попробую уладить дело.
Она достала мобильный телефон:
— Папик, это я. У меня проблема. Нет, по телефону объяснить не могу. Ну, в общих чертах, произошла авария. Я, кажется, цела… Да, я тебе наврала, мы поехали совсем в другую сторону… Сейчас? Километрах в десяти от Боровска, проселок через лес. Да, буду ждать. Вот и хорошо, я же знала, что на тебя можно положиться. Пока. Да, поторопись, скоро стемнеет, а я не люблю темноту. Все, конец связи.
Императрица убрала телефон, закурила очередную сигарету и сладко потянулась.
— Вот и все, остается только подождать… Да, и оттащить нашу красотку подальше в лес, в Москву её везти я не собираюсь. Пропала — и пропала. Да и кто она была? Никто. А никого не ищут. Давай, пошевеливайся, надо труп вытащить из машины. Да двигайся же, черт тебя побери! Помощникам моего супруга совершенно не обязательно видеть, кого именно ты укокошил.
С огромным трудом, превозмогая страх и брезгливость, он выволок оказавшееся вдруг страшно тяжелым тело Марианны из «Джипа» и положил на обочину. Императрица достала из «бардачка» тонкие перчатки, натянула их на руки и скомандовала:
— Бери её за плечи, а я возьму за ноги. И вперед, за мной. Ногами вперед.
Они отнесли Марианну за невысокий кустарник метрах в двадцати от дороги. Ирина кивком указала на небольшой, полузаросший ров в земле — по-видимому, остаток окопа, которых в этих местах когда-то было видимо-невидимо.
— Туда. И присыпь её чем-нибудь. Ветками, что ли. Или листьями… А я пойду в машину.
Над дорогой бреющим полетом пронесся блестящий вытянутый корпус мини-вертолета. Вертолет сделал пару кругов, завис над дорогой и приземлился. Из него выскочил дюжий охранник и почтительно отворил вторую дверцу, из-за которой появился небольшого роста мужчина, почти карлик, лысый и в темных очках. Ирина затоптала очередную сигарету и пошла навстречу прибывшим.
— Папик! — пропела она. — Как хорошо, что ты сам прилетел. А то я уже по тебе соскучилась. Видишь, это любовник Марианны, никак в себя прийти не может, что угробил её. Жалко человека, правда?
— Так, — проскрипел коротышка, — угробил, значит, девочку? А в тюрьму не хочешь? Правильно соображаешь. Только имей в виду вот ещё что: сейчас я заберу отсюда свою супругу, а ты на всю оставшуюся жизнь забудешь, что когда-то был с ней знаком. Если, конечно, хочешь жить. Никакой Марианны мы не знаем, никогда в глаза её не видели, никаких дел с ней не имели.
— Естественно, — как бы даже недоуменно произнесла Императрица, но супруг отмахнулся от нее, как от докучливой мухи:
— Ты тоже помолчи. Сегодня же отправлю в санаторий — только подальше отсюда. По тебе давно швейцарская клиника плачет, вот там и отдохнешь, а заодно посидишь в карантине, устал я от твоих выходок. Давай в вертолет, быстро.
Только тогда до «героя-любовника» стало что-то доходить и он завопил:
— Ирина! Но вы же не можете… Я же тебе… то есть вам…
Она прекрасно помнила, как ответила ему четко, почти по складам:
— Мразь. Дебил. Ты бы хоть поучился, как настоящие мужчины поступают. Вот мой муж меня любит. А ты… Не было тебя в моей жизни, ты мне даже не снился.
И спокойненько села в вертолет, который тут же взмыл в воздух, унося её от неприятностей в привычную жизнь. Да, ведь действительно только Босс, царствие ему небесное, был настоящим мужчиной, а она, идиотка, мечтала о его смерти. И что теперь делать?
— Олег, — почти мягко сказала она, — успокойся. Давай покурим, что ли. Да и выпить не мешает, ты прав. Сейчас прикажу.
В этот момент раздался осторожный стук в дверь.
— Кто там еще? — раздраженно крикнула Императрица.
В дверь бочком вошла горничная, женщина без внешности и возраста в черном форменном платье и переднике.
— Вы приказали…
— Правильно. Принеси нам выпить чего-нибудь покрепче. А потом проводишь гостя в его комнату, спросишь у Николая Дмитриевича — куда. Приготовь мне постель. Пока все.