— Вовсе нет. Нормальна, как никогда.
— И кто же будет… убивать? Ведь это тоже… денег стоит.
Ирина как-то по-девчоночьи хихикнула:
— Ты что, думаешь, я буду киллеров нанимать? Умора, вот умора! Ты и убьешь, — закончила она уже совершенно серьезно. — А труп бросим тут вот, в лесу. Оттащим подальше от дороги — до весны не хватятся. Места тут не слишком людные.
— А если найдут?
— Тогда тебя, наверное, посадят.
Руль в руках Александра Николаевича дернулся, машина вильнула, раздался грохот, скрежет металла, потом все стихло. Императрица пошевелилась на сидении, подвигала руками и ногами, ощупала голову.
— Вроде цела, — сказала она. — Ты как?
У Александра Николаевича была поранена рука, но не слишком сильно, так — средней величины порез. Марианне повезло меньше: от толчка она упала между сидениями вперед и, по-видимому, угодила головой в коробку передач — в машине этой марки невероятно «навороченную». Императрица осторожно приподняла голову девушки: висок был пробит, по щеке стекала тонкая струйка крови, которая уже начала свертываться. Ирина отпустила Марианну и закурила. Рука её при этом даже не дрогнула.
— Ну, вот, — будничным голосом сказала она, — ты её и убил. На моих глазах. Санаторий отменяется.
— Я никого не убивал! — истерично закричал Александр Николаевич. — Я её пальцем не тронул! Это все твои идеи, твои игры с наркотиками, твои дурацкие шуточки! Ты, ты предлагала её убить! Ты и будешь отвечать!
Императрица посмотрела на него с холодным любопытством, не проявляя даже тени нервозности:
— Так. Ты, оказывается, ещё больший слизняк, чем все остальные. Тоже мне, герой-любовник. Ладно, расслабься. Попробую уладить дело.
Она снова достала мобильный телефон:
— Папик, это я. У меня проблема. Нет, по телефону объяснить не могу. Ну, в общих чертах, произошла авария. Я, кажется, цела… Да, я тебе наврала, мы поехали совсем в другую сторону… Сейчас? Километрах в десяти от Боровска, проселок через лес. Да, буду ждать. Вот и хорошо, я же знала, что на тебя можно положиться. Пока. Да, поторопись, скоро стемнеет, а я не люблю темноту. Все, конец связи.
Императрица убрала телефон, закурила очередную сигарету и сладко потянулась.
— Вот и все, остается только подождать… Да, и оттащить нашу красотку подальше в лес, в Москву её везти я не собираюсь. Пропала — и пропала. Да и кто она была? Никто. А никого не ищут.
— Но ведь её последнее время видели рядом с тобой, — несмело сказал Александр Николаевич, холодея от одной мысли о том, что придется касаться мертвого тела. А потом надо будет возвращаться в Москву, по-прежнему встречаться с Ириной, жить, как ни в чем не бывало… Господи, в какой же кошмар он вляпался!
— Рядом с тобой её тоже видели, — отпарировала Императрица. — Как и меня, впрочем. Ты же её любовник, а я — только подруга. Интересно было бы послушать твои объяснения следователю. Ты преспокойно улегся в постель к подруге твоей любовницы, причем на её глазах, да ещё снабжал наркотиками. Красивый букет получается. Лет на пятнадцать, если хорошего адвоката нанять.
— А у тебя… — начал было он, но Ирина резко его оборвала:
— А у меня и адвокаты прекрасные, и денег навалом, только тебя это мало касается. Или ты хочешь, чтобы я ещё и адвоката тебе оплачивала? В перечне услуг альфонсов такая графа не значится.
— Как ты смеешь… — взвился Александр Николаевич, но Императрица снова перебила его:
— А кто же ты, деточка? Может, другим бабам ты и платил — Марианна мне кое что рассказывала о твоей щедрости. Но что касается меня… Ладно, замнем для ясности. Давай, пошевеливайся, надо труп вытащить из машины. Да двигайся же, черт тебя побери! Помощникам моего супруга совершенно не обязательно видеть, кого именно ты укокошил.
С огромным трудом, превозмогая страх и брезгливость, Александр Николаевич выволок оказавшееся вдруг страшно тяжелым тело Марианны из «Джипа» и положил на обочину. Императрица достала из «бардачка» тонкие перчатки, натянула их на руки и скомандовала:
— Бери её за плечи, а я возьму за ноги. И вперед, за мной. Ногами вперед.
Его передернуло от неуместной и циничной двусмысленности, он едва сдержался, чтобы не послать эту выхоленную, самоуверенную стерву по хорошо известному в России адресу, но… что потом? Она же просто бросит его со всеми проблемами, да ещё и милицию натравит, с неё станется. А может… А может стукнуть её сейчас камнем по голове, сесть в «Джип» — и ищи ветра в поле. Где один труп — там и два. Дурак, она же сообщила супругу, где находится, его молодчики перевернут окрестности в радиусе десяти километров, да ещё километр под землей проверят — на всякий случай. Нет, нельзя её убивать… Да разве он сможет — убить?