Пролог
Девочка смеялась, смотря на темноволосую женщину, держащую в руках темно-алые тюльпаны с загнутыми лепестками и темной сердцевиной, в темноте которой все равно были видны светлые вкрапления . Малышка радовалась, находясь в саду, окутанном цветочным ароматом и её мама не могла отвести взгляд от дочурки, наслаждаясь мгновением счастья, чувствуя, будто вдыхает не воздух, а тепло и нежность. А сколько добра и любви было в ее карих, бездонно-глубоких глазах! Шоколадные глаза этой красавицы в свое время привлекали практически всех мужчин, но такой подарок достался лишь одному мужчине. Мужчине, которому пришлось изрядно потрудиться для создания такой семьи. Мужчине, который, кстати, только что показался из-за угла дома.
Здание было великолепным для дачного поселка, но не за прекрасную архитекторскую планировку, а за сад этот участок был любим его обитателями. И большую часть времени в эти прекрасные весенние дни семья предпочитала проводить на улице, вдыхая цветочный аромат и впитывая кожей солнечные лучи, или, как говорила малышка “витамин D”.
Женщина, сидящая на коленях в полном тюльпанами саду, обернулась, услышав тихие шаги, а на лице ее в этот момент вновь расцвела улыбка, заставившая сердце темного мужчины замереть. Он повторял ее движения, мимику, впитывая все в себя, проводил ее эмоции сквозь себя. Она улыбался- его губы растягивались в улыбке. Она плакала- его сердце разрывалось на малюсенькую кусочки и заставляло сделать все для ее счастья. И обводя тонкую фигурку взглядом, он остановился на уже не очень плоском животике.
–Ты уже сказала ей? - он тоже был счастлив и причиной тому был не только солнечно-яркий день. И пусть улыбка на его местами морщинистом лице сочеталась с усталостью, ему не хотелось отдыхать. Только вернувшись, он сразу бросился к самым дорогим людям во всем мире.
–Что сказала? - произнесла малышка тоненьким, будто колокольчик голоском. Она тут же подскочила, так как не могла усидеть на одном месте. Никогда не стеснялась, всегда была открыта для людей, заражая окружающих своим позитивом, и сейчас заставляла весь мир светиться для нее.
Женщина, не сдерживая улыбки, потянулась к едва округлившемуся животику, смотря прямо в глаза дочери. Малышка опустила взгляд, задумчиво разглядывая изменения в теле матери. Тогда она не до конца понимала произошедшее, мала и отдалена от реальности была рыженькая конопатая девчушка. Единственное, что она осознала- случилось что-то светлое и доброе.
Этот момент навсегда отпечатался в памяти малышки со смешинками в глазах и наивным взором, как одно из самых светлых воспоминаний. И через года, когда сердце наливалось кровью от боли, глаза не хотели никого видеть и уже были далеко не наивными, она вспоминала этот момент и осознавала, что есть ради чего жить.
Глава 1.
Я шла по улице. Хотя, вернее будет сказать, что бежала. За двадцать минут пересечь пол проспекта, который известен за счет своей невероятной длины- это вам не шуточки. На ходу попивая воду большими глотками, что являлось сегодняшним обедом, я старалась не врезаться в прохожих.
—Девушка, вы куда так бежите? Чуть не сбили моего мальчика! Эх, молодё-о-ожь!— тяжело вздыхая и закатывая глаза пробормотала огромная женщина с пухлыми щеками, обнимая своего “мальчика”, которому было уж точно не меньше пятнадцати и который уже бубнил себе под нос, что он не маленький .
Но я не обратила внимания, давно перестала зацикливаться на подобных вещах. Но так было не всегда.... С трудом заставила себя перевести мысли в другое русло, думая об ужине. Интересно, во сколько сегодня совершится столь знаменательное событие?
Держа в руках соскочивший с плеч рюкзак, я пыталась удержать все норовившиеся вырваться из него вещи, так как замок у сумки был безнадежно испорчен и требовал ремонта. И в жилке билась кровь, дыхание давно сбилось, но останавливаться была нельзя, потому что я итак серьезно опаздывала.
Забегая в ресторан, я подметила обилие клиентов. Быстро забежала в служебное помещение, разделась и с дежурной улыбкой направилась в зал. Улыбка всегда служила барьером, отделяющем меня от окружающего мира, создающим иллюзию нормальной жизни.
— Адочка, милая, обслужи третий столик.— мило проговорила хозяйка ресторана, поглядывая на так удачно заглянувшего инспектора. О личности этого пожилого человека я догадывалась, так как уже слышала обсуждение Алены, главной сплетницы нашего заведения, с другой девушкой, имя которой я не успела узнать. Новенькая появилась совсем недавно и не пыталась идти на контакт.
Но вовсе не инспектор заставил меня смутиться, что я, конечно, не стала выставлять на показ окружающим. Женщина разговаривала с официантками, работающими в ее ресторане, только в присутствии высокопоставленного гостя, или в данном случае, инспектора. А я очень не любила лесть, обман и лицемерие. Поэтому не сдержала свои слова.