Что удивительно, даже закрыв дверь подъезда, я не слышала звук отъезжающей машины. На что он надеется?
***
— Мммм... мммм....Тах, зашшшем тфыы вшшшяла это ш шобфой?
— Что?
— Говорю: зачем ты взяла эти блюда с собой?
Сей диалог проходил в нашей утной кухоньке, где Данька уплетал шедевры французской кухни под моим умильным взглядом. Я разрешила себе только попробовать кусочки от обоих блюд и отдала оставшееся Данилу. Только я не учла, что он такой же упрямый, как и я. В итоге, моя часть осталась нетронутой.
— Я не заказывала эти блюда, соответственно, не должна была их есть. Мне помешала гордость. И я не знаю, порок ли это, иль великое дарование свыше... Но я считаю, гордость— это чувство, которое не позволяет делать вещи, желаемые нами, но навязанные другими. И нас мучает мысль, что мы выполняем чью-то прихоть, что заставляет нас отказаться от желанного. Но это не повод для потери чувства собственного достоинства. Запомни, мальчик мой, если ты чувствуешь себя значимым, хоть один человек в этом мире будет нуждаться в тебе.
После таких речей нужно сидеть в тишине, осознавая каждое слово, извлекая урок. И мы молча доедали, размышляя о жизни и ее правилах.
А после легли рядом и лежали, обнявшись, погружаясь в тяжелые думы, плавно перетекавшие в прекрасные сновидения.
Глава 8
— Это что?— выдохнула я. Мы с Даней в теплых куртках вышли на площадку перед домом, с которой можно быстро пройти к метро. Но сейчас группа из рыжеволосой девушки и кареглазового мальчика стояли, как громом пораженные и смотрели на машину, стоящую перед домом. Да, это был Порше. Да, его Порше. И ждал Кирилл, видимо, нас. Вернее меня, но не знал же он, что я путешествую не одна.
Даня нахмурил брови, осматривая павлина. Кирилл тоже осматривал Данила, наклонив голову к правому плечу. А я переводила взгляд с одного на другого.
— Даня, я сейчас. — и быстро отошла к зеленноглазому парню, а за спиной у меня гремел гром, сверкали молнии и портилось настроение. Кирилл почувствовал это и нахмурил брови, прикусив губу.
— Вопрос: что ты здесь делаешь? Возле моего дома, да еще и ранним утром?— начала разгневанная фурия, в моем лице.
— Я хотел подвезти тебя.— пробурчал парень, или мужчина. Не знаю, как к нему обращаться…
— Как же мы раньше справлялись без машины? Или ты думал, что я одна? А тут неожиданно вместо одного пассажира оказались двое.
Сзади послышались торопливые шаги, и, когда я повернулась, уже знала, кого увижу. Только темп его шагов выдавал нервное состояние мальчика, а на лице не дернулся ни один мускул. Сердце дернулось, а в душе забилась гордость.
— Прошу прощения, молодой человек, вы Кирилл? Вы хотите подвезти нас, если я верно понял.— и голос, и взгляд, и язык тела выдавали в нем стойкого человека, который многого добьется в жизни. Я в этом помогу.
— Да.— коротко ответил Кирилл, осматривая моего брата.
— Тогда можем присаживаться, а то уже опаздываем. Или вы передумали?— спросил Даня с приподнятой бровью. Узнаю этот жест, где-то я его видела. Ах, точно, в зеркале.
— Нет, конечно, нет.— ого, как парня перекосило.
Так мы и сели. Ошарашенная я, задумчивый Кирилл и сидящий позади, невозмутимый Данил. По дороге завязалась беседа между мальчишками, которые, мне казалось, были одного возраста. По крайней мере, психологически. Заметила, что смотреть мешает пелена слез, отвернулась к окну. Он быстро растет.
— Мы так и не познакомились: Кирилл.— представился мужчина.
— Данил.
— Ада.— сказала на автомате я. Кирилл рассмеялся, братик улыбнулся и тепло посмотрел на меня.
— Так вы брат и сестра.— с утвердительной интонацией произнес Кирилл.— Почему же вы живете вместе?— мы разом отвернулись к окну, не желая отвечать. В воздухе начало витать напряжение.
Кирилл не стал настаивать на ответе, осознавая, что это не лучшая тема для разговора. Спросив, куда ехать, он вырулил на другую дорогу и продолжил путь.
— А сколько вам лет?
— Мне двенадцать.— гордо сказал Данил.
— Двадцать.— буркнула я.
— Мне двадцать семь.— я ошарашено повернулась к нему и смерила его любопытным взглядом. Конечно, я помню слова, которые сказала Лина на той вечеринке. Самому младшему было двадцать пять. Все логично.
— А... чем ты занимаешься?— сказала я. Конечно, я имела в виду, откуда у него деньги на машину, но не спрошу же я так.
— Работаю в компании отца. У нашей семьи небольшой бизнес в сфере строительства.— краем глаза замечаю какое-то копошение на заднем сидении, но оборачиваясь, вижу только сидящего с через чур прямой спиной и самым невинным видом Данила. Бросила на него подозрительный взгляд- он улыбнулся.