— Ада, да как так-то? Мы же думали встретить тебя, а ты даже не предупредила!— с упреком в голосе говорила женщина, обнимая и целуя рыжую. Девушка не сопротивлялась, сдерживая рыдания, не показывая свои терзания. Кажется, старушка тоже еле сдерживалась, но внучка слишком была похожа на нее: никто не проронил ни слезинки.
Во двор выскочил встрепанный мальчишка, с криком "Ада" подбежавший к сестре. Сейчас девушка стала еще ближе к грани. Но она держала в себе слезы, поглаживая темноволосую макушку, целуя его в лоб. А после он отодвинулся и стал отражением ее самой— чувства были спрятаны глубоко в душе.
— Ну, что же, внучата, заходите внутрь. Чайник сейчас поставлю— кушать будем. — и вся семья зашла в пахнувшую сырым деревом избушку. Бабушка быстрым движением руки вытянула из шкафа нечто цветастое, вручив это удивленной внучке.— На, вот накинь халат, а то свои вещи запачкаешь.
И уже через несколько минут девушка с собранными в тугой узел на затылке рыжими волосами помогала на кухне, поглядывая через стекло окна на огород и бегающих там кур. И тогда она задумалась, как же уже пожилая женщина сама справляется с хозяйством? Ведь жизнь в деревне очень тяжела: как летом, так и зимой. Как тепло настанет— работа в огороде, а как холодно— дрова нужны печь топить.
— Бабуля, а как ты сама справляешься? Почему же ты не переезжаешь в город?— спросила внучка удивленно, первый раз подумав о нелегкой жизни в деревне.
— Так привыкла ужо, всю жизнь живем тута и дружно ведь живем в деревеньке нашой. Соседи помогают, когда нужно. Так потихоньку и дела делаем, и детишек рожаем, и смерть встречаем. — и только внучка хотела возразить, как бабушка продолжила.— Для меня жизнь в городе тяжелее, да и не хочу дом оставлять. Скоро за дедом вашим пойду.
— Бабушка!— ахнула Ада, подходя ближе к старушке, нарезающей домашний хлеб. — Ты что такое говоришь?
— Да чего ужо там... стара я стала. А как помру— дом вам останется с участком.— беззаботно ответила старушка, вставая, дабы разложить по столу хлеб. Девушка застыла с ножом в руке, прямым взором смотря в никуда. И бабушка не заметила, как по правой щеке ее течет скупая, но от того не менее горькая слеза.
— Ты действительно думаешь, что я пекусь об участке? Я никогда на него не претендовала, так что не делай меня алчной до наследства злодейкой.— сурово спросила рыжая. Бабушка измученно улыбнулась, опрокидывая худое тельце на стул.
Уже прибежал и Данька, садясь за стол. А после ужина сестра и брат направились к реке, садясь на берег которой, пытались сдержать свое горе, но с треском провалились.
Еще день пробыли они в деревне под крылышком бабки, а после отправились в родную, но такую пустую квартиру, чтобы еще ночь провести в ней. И брат с сестрой практически не спали, а ходили, впитывая воспоминания об ушедших счастливых днях.
***
После окончания учебного года мы с Даней отправились к бабушке в деревню. Я не планировала проводить каникулы вместе с семьей, а подзаработать денег. Оплата квартиры еще на год близилась. Я уже могла купить однокомнатную квартиру в достаточно хорошем районе, но это не то, что нам нужно. Конечно, деньги после продажи жилья в родном городе остались, да и с машиной я не продешевила, но все же это столица... Так этим летом я планирую серьезную работу для блага нашей семью.
А пока у меня есть неделя, наполненная счастьем и семейными ценностями. Главное наслаждаться временем, а не заблудиться в воспоминаниях.
— Ада, мы же пойдем к ним?— спросил Даня, смотря в мои глаза открытым взглядом, не скрывающим эмоций и чувств. Я ответила тем же, зажав его холодные ручки в своих.
— Конечно. — выдавила с трудом я. Нет, я вовсе не хотела плакать. Просто в душе опять назревала пустота, собирающаяся высосать все изнутри. Но Даня держал мою руку и служил мостом между реальностью и забвением. Все в этом городе было знакомо, родные места манили к себе, но отдавались болью.
В этом городе у меня тоже есть друзья, с которыми контакты налажены и поддерживаются, но встреча с ними меня ждет только на обратном пути. Сейчас я нужна Данилу.
Мы сели в городской автобус и, приобнявшись, смотрели в окно. Там виднелись десятки мест, где мы любили гулять. С улыбкой на лице и пустотой во взоре я смотрела, запоминая каждый предмет, сравнивая со своими воспоминаниями.
Вещей было немного, среди них и клетка с нашим новым другом, Лори. Оставить его одного даже на неделю не позволяла жалость и воспитание. Поэтому лето котенок проведет в деревне. Всю дорогу котик спал, сейчас же он тихо мяукал, раздражая весь автобус.
— А цветы? Мы взяли их? — я кивнула, Даня успокоился, опрокинувшись на сидение. — На следующей выходим? — спросил мальчик, вертя головой. Я вновь кивнула и, взяв его за руку, стала продвигаться по шатающемуся автобусу. Пару раз братик был на грани падения, но хватался за меня еще крепче.