– Вы еще поцелуйтесь.– саркастично проговорил брат, а я покраснела и растерянно глянула на воду. Потом опомнилась и резко вскинула голову, глядя на сжимающего в руках телефон брата. Леонард собирался было отпустить меня и подойти к Данилу, но я крепче вцепилась ему в руку.
– Раз ты настаиваешь...– я поднялась на носочки и не слушая бешено стучащее сердце постаралась поцеловать Леонарда... куда-нибудь, но тот отстранился. Я удивленно подняла брови, а он грустно улыбнулся и прошептал.
– Не надо. Не так.– медленно опустил мои руки и усадил на скамейку, а сам подошел к, казалось бы, не менее шокированному, чем я, Данилу и сел рядом. О чем они говорили, я не знаю, но пару раз кулаки брата резко сжимались, выдавая порыв встать и послать моего инвестора к чертям собачьим. А потом Лео протянул этому неконтролирующему гормоны подростку руку– тот, поколебавшись пожал ее.
Мне оставалось лишь растеряно следить за тем, как инвестор встает и уверенно двигается ко мне, оставляя о чем-то задумавшегося Данила сидеть на скамейке. Сам молодой человек сел на корточки передо мной и взял несопротивляющиеся руки в свои ладони. Я продолжала с каким-то удивлением смотреть за Данилом, а после перевела взгляд на загадочные и темные, почти черные глаза, чтобы замереть. И наверное, в моем взгляде читалось и удивление, и растерянность, и даже восторг, что увидел мой молодой человек, потому что он замер и отчего-то напрягся.
– Ада...– тихий полустон-полушепот.– Ада...– прочистив горло, он сжал ладони и продолжил, будто вернувшись в этот мир.– Не дави на него. Я не знаю, что было в вашей жизни до этого, но ему тоже несладко пришлось и он боится.
– Я знаю это. Ты думаешь, что я чертова эгоистка, которая решила отвлечься на личную жизнь и забыть про брата?– хотела вырвать руки из крепкого захвата, но мне не позволили.
– Я не о том. Он боится за тебя.– я удивленно поднимаю брови и выдыхаю воздух. Он понимающе кивает и удрученно говорит.– Вы оба думаете о счастье другого, не зная, что этим самым приносите вред друг другу. Идем, мы уже почти доплыли.
Действительно, остров, совсем недавно видневшийся на горизонте, вдруг оказался прямо под носом. А я протянула руку уже поднявшемуся Леонарду и встала, отряхнувшись, после перевела взгляд на родного брата, продолжавшего находиться в крайней степени задумчивости.
– Что ты ему сказал?– вырвался вопрос раньше, чем я успела осознать это. Уже осмысленно перевела взгляд на стоящего и дожидающегося меня мужчину. Он хитро улыбнулся и покачал головой.
– Это наша проблема и мы с ней разберемся. Просто верь и будь рядом.
Что можно было сказать в ответ? Я не знала, потому отстраненно и немного заторможено направилась к Данилу.
– Даня,...– он вздрогнул и поднял голову. Взгляд какое-то время продолжал оставаться неосмысленным, но в какой-то момент эта занавесь задумчивости пала, и я настороженно продолжила.–... мы приплыли. Идем.
Он вскочил и как-то слишком резко направился к спуску, где уже толпились люди. Тяжело вздохнула и направилась к поджидающим меня мужчинам, напряженно держащихся друг от друга на расстоянии. Хотя нет, только касатик напрягался. Леонард оставался верен себе и улыбался моему приходу. Обычно от такой улыбки становится тепло на сердце и лицо озаряется, потому в ответ на эту улыбку все улыбаются. Но я не могла. Только не когда Данил, мой маленький и уже такой большой человечек, несчастлив. Тяжелый вздох.
– Ну что, навстречу приключениям?– нарочно весело вопросила я, ненатурально улыбаясь и взмахнув поднятым вверх кулаком. Данил посмотрел, как на больную, но потом вяло растянул губы. Леонард лишь шире улыбнулся и приглашающе подставил локоток. Потом глянул на Данила и ободряюще кивнул. Тот повторил жест Лео, подставив свой локоть .
А я офигевала. Но в таком состоянии тяжело идти, потому приняла помощь обоих кавалеров и мы вместе направились к спуску с парома, откуда виднелся пляж. Нет, вышли мы на пристани, очень даже бетонной, но за пределами порта отчетливо проступали очертания белоснежного пляжа с мутноватой водой. На самом деле, вода здесь не очень теплая, да и пляжи отличаются от тех, которые показывают на телевизорах. Но все равно, в этот момент показалось, что я в сказке– ощущение нереальности нагло уместилось у меня в мозге. Жажда изведать что-то новое заставляла действовать, не сидеть на месте.