Когда уже начало темнеть и небо окрасилось в удивительные и загадочные цвета, Одри, опершись на поручень парома, стала разглядывать постепенно отдаляющиеся белые крутые берега. В предзакатных сумерках они казались уже не белыми, а темными и зловещими, но в то же время величественными. В течение многих столетий эти берега видели, как подплывали и отплывали люди, и вот теперь они видели, как от них отплывает она, Одри… Девушка подумала о том, что через полтора десятка дней ее глаза снова будут смотреть на эти берега, и ей очень захотелось, чтобы тогда это были уже совсем другие глаза — ее глаза, но уже совсем другие. Или нет, пусть уж лучше изменится то, на что они будут смотреть. «Мои глаза, смотрящие на окружающий меня мир, всегда были и будут моими глазами», — подумала она. И измениться надлежит отнюдь не им.
9
Алисон чувствовала, как горячий пар расширяет поры ее кожи и расслабляет все тело. Поехать в Лондон и посвятить весь день уходу за собственным телом — это всегда был правильный поступок. Она только что легла на теплый мрамор лицом вниз, завернувшись в большое махровое полотенце — так, чтобы ее стройные ноги оставались открытыми. Голову она тщательно обернула еще одним полотенцем, отчего ее внешность стала прямо-таки экзотической. Упершись подбородком в ладони, Алисон закрыла глаза и глубоко вздохнула. Горячий пар постепенно освобождал ее сознание от тягостных мыслей и забот. Он всегда оказывал на нее подобное воздействие. Она вдруг осознала, что уже слишком давно не посвящала целый день самой себе. Няня позаботится о том, чтобы забрать детей из школы и накормить их ужином. Когда Алисон вернется домой, они уже будут лежать в кроватях и спать, словно ангелочки. По поводу Сэма Алисон не переживала. Она даже не сказала ему, что ее до позднего вечера не будет дома. Если ей немного повезет, то он об этом и не узнает. Если сегодня все будет происходить так, как обычно, то, когда она приедет домой, Сэм еще не вернется: он со своими коллегами будет предаваться тому, что он называет «светской жизнью». И как она только допустила, чтобы ситуация зашла так далеко? Алисон не могла себе этого объяснить. Ее целый день не будет дома, а муж этого даже не заметит! Сколько времени назад он перестал звонить ей по утрам и в обеденный перерыв? Сэм уже не предупреждал ее о том, что не успеет вернуться к ужину. Когда все это началось? Подобные мысли уже не причиняли Алисон душевной боли. Время слез прошло. Наступило время принимать меры, и цель день, посвященный уходу за собственным телом, был необходим ей для того, чтобы вернуть себе прежнюю уверенность. Вернуть себе себя, снова почувствовать себя той женщиной, какой она является или какой она может стать. Итак, решено — она будет действовать.
После парной она пойдет на сеанс массажа, чтобы добиться полного расслабления суставов и мышц. Когда ее тело будет подготовлено, подвергнет его натиранию кремами, изготовленными на основе лекарственных растений, что придаст упругость и гладкость ее коже. Затем ее ждут ласковые руки Джины, которая вернет свежесть ее лицу и порекомендует самые лучшие средства для ее типа кожи. В завершение дня, подаренного самой себе, Алисон займется Альфред: своими ловкими и умелыми руками он придаст блеск ее волосам и изменит ее внешность, сделав ей элегантную и практичную короткую стрижку, благодаря которой Алисон будет выглядеть молодой и энергичной.
Сэм всего этого даже не заметит. Алисон иронически улыбнулась. «Нужно довольствоваться тем, что у тебя есть», — подумала она.
Женщина, которая вечером зашла выпить кофе в Берлингтон-Аркейд, весьма значительно отличалась от женщины, которая утром этого же дня села в поезд на станции Чаринг-Кросс. Изменения произошли не только во внешности Алисон (нельзя сказать, чтобы они бросались в глаза, но все же были заметны), но и внутри нее: она чувствовала себя другим человеком. Алисон решила, что заглянет в отдел белья в универмаге «Харродс», а затем — в винный отдел того же магазина. Ничего другого ей пока не требовалось. Или нет, она зайдет еще в отдел товаров для мужчин и купит Сэму хороший галстук из итальянского шелка. Надев такой галстук, Сэм будет чувствовать себя космополитом, а заодно и высокопоставленным менеджером, стать которым он так стремился. Ей тоже хотелось, чтобы он стал высокопоставленным менеджером, хотя она и понимала, что для этого нужно нечто большее, чем красивый галстук из итальянского шелка.