Совершенно растерянная, она позволила отконвоировать себя обратно в магазин, вверх по эскалатору, в отвратительно желтый офис.
— Присядьте, пожалуйста.
Она пристроилась на краешке твердого дубового стула, пока он рылся в ее сумочке. Куча украденных мелочей рассыпалась по столу.
— За всю свою жизнь, — взмолилась Флер, — за все сознательные годы я ни разу не делала ничего подобного. — И она уставилась на вещи, прикидывая, сколько они могут стоить. Самое большее — сотни две долларов. — Я возмещу убытки, клянусь вам, как только смогу. Будьте же милосердны! Я уважаемая женщина, я служащая, а не воровка, пожалуйста, поверьте! Просто у меня временное помутнение рассудка. Дело в том, что я только что порвала со своим другом…
— Прошу прощения, мисс, — он проявил поразительную тупость, — но вам придется все это рассказать судье.
— Судье!.. — Флер едва не грохнулась в обморок. — Не может быть, чтобы магазин настаивал дать делу ход! Господи! Да за все эти годы я потратила в вашем магазине целое состояние!
— Боюсь, что именно так мы и поступим.
Флер возвела очи горе и взмолилась, чтобы пол под ней разверзся и поглотил ее. Зря она все-таки не покончила с собой нынче ночью!
— Могу я хотя бы позвонить? — дрожащим голосом спросила она.
Юный О'Райан протянул ей телефон.
Флер набрала номер. Дождалась, пока ей ответят.
— Диана, — прорыдала она, — я в ужасном положении! Скорее вызволи меня!
Глава 31
Весь день Алекс просидел за столом, погруженный в мрачные раздумья, не в состоянии сосредоточиться на деле. Он приобрел новый и не радостный опыт.
— Что это с вами? — воскликнула секретарша, когда он появился утром с радужным фингалом над глазом.
— Несчастный случай, — пробормотал он и юркнул в кабинет.
«Несчастный случай, как бы не так. Киска выпустила коготки. Это ближе к истине». Алекс раздраженно пощупал опухоль. «Чертовски больно. Хорошо еще, хоть не в глаз!»
Женщины никогда не перестанут удивлять Алекса Маршалла. Как ни ублажай их, как ни старайся угодить, все равно окажется мало. Они просто не дадут вам жить.
К примеру, намерение Флер его окрутить! Надо же вообразить себе такое! И главное — с чего? Ведь он ни разу даже не намекнул на возможность брака. Не давал ни малейшего повода, ни малейшей зацепки. Он прекрасно знал, что может за этим последовать, и был чертовски осторожен в словах. Тем не менее она умудрилась вбить себе в голову эту идею, а потом хоть кол на голове теши! Она слышит лишь то, что желала бы услышать. Кстати, совсем как Розмари.
Женщины! До чего же они неразумны!
Самое неприятное, что он действительно привязался к Флер. И даже чуточку влюбился. Нет, скорее увлекся. Да, пожалуй, именно так — увлекся. Она была яркой, забавной. Изощренной в сексе. И радовала взор — особенно голая и в постели. Да, они с Флер провели немало приятных часов вдвоем, что делало ее смешную атаку еще более неожиданной и обидной.
Черт побери, он еле ноги успел унести, а на что ей было сердиться? Он всегда относился к ней с вниманием и уважением, не жадничал. Женщине, одетой в шубу ценой в шесть тысяч долларов, грех жаловаться на невнимание. И ведь Алекс подарил ее от всей души, как знак привязанности и благодарности. Но жениться?.. Господь свидетель, эта женщина и яйца сварить не сможет!
Да и к тому же, как Флер отлично известно, у него уже имеются жена и ребенок, которых он бессовестно забросил.
При воспоминании о Розмари Алекс помрачнел. Он не виделся с ней с того самого вечера, когда его буквально вышвырнули за порог, их общение теперь шло только через адвокатов. Интересно, как она управляется одна, без него? Наверное, плоховато. Люди успевают привыкнуть друг к другу, а Розмари и подавно была рабой привычек.
— Розмари с кем-нибудь встречается? — поинтересовался он у тещи в прошлое воскресенье.
— Я бы с удовольствием сказала «да», противный вы тип, — съязвила Долли, — чтобы заставить поревновать. Но по правде говоря, по соседству от нас нет приличных холостяков — по крайней мере на мой вкус. А ведь я интересуюсь этим на протяжении последних семи лет.
Алекс раздраженно забарабанил пальцами по столу. Его мало волновало желание тещи подыскать замену почившему мистеру Бэйнтеру. Черт побери, да ведь ей перевалило за шестьдесят! Неужели женщины не способны уняться? Вот и Розмари…
— Ну, — сказал Алекс, — Розмари не лишена привлекательности и к тому же после стольких лет брака привыкла иметь рядом мужчину. Скажите, — расспрашивал он, — Рози никогда не упоминала малого по имени Ллойд Хейджман? Дантист, живет неподалеку. По-моему, его считают лакомым куском.