— Большое спасибо, сэр! — воскликнул удивленный водитель.
— Ах, да какого черта. — Алекс был рад вернуться домой. — Это всего лишь деньги!
Глава 32
— Как можно быть такой дурой?
После того, как Флер была спасена от клыков правосудия, успокоена, утешена, ей вытерли слезы, высморкали нос, притащили домой, накормили и до полусмерти напоили черным кофе, Диана почувствовала себя вправе задать мучивший ее вопрос.
День превратился в настоящий кошмар. Истерический звонок Флер застал ее посреди людного совещания.
— Тебе нужен адвокат по уголовным делам, — шипела она в трубку.
— Мне нужна ты!
Диане ничего не оставалось, как торопливо извиниться, ссылаясь на личные неприятности, и на такси примчаться в магазин.
Затем последовала череда уговоров, переговоров и бесконечных часов ожидания. Магазин не шел на уступки, не сдавалась и Диана, вцепившись в них, словно бостонский терьер. Ей пришлось вытащить на конфиденциальные переговоры всех по очереди сотрудников отдела безопасности и членов директората, прежде чем удалось прийти к приемлемому соглашению. Магазин обещает не заводить уголовного дела. Взамен Флер подписала признание в совершенных кражах. Вследствие чего ее имя будет включено в список профессиональных магазинных воров (она его окрестила «черным списком») и сообщено основным торговым фирмам Нью-Йорка. Диана уверила Флер, что это единственный способ отделаться от огромных неприятностей.
И вот теперь Флер свернулась калачиком на диване у Дианы, подкрепляясь старым добрым виски. Диана надула губы и повторила свой вопрос:
— Я спросила, как можно быть такой дурой?
— Которую из дур ты имеешь в виду? Ту, что связалась с Алексом, или ту, что обчистила магазин?
Диана сердито встряхнула головой и уточнила:
— Обеих!
— Это не так-то просто объяснить. Но если тебя утешит мое обещание исправиться, считай, что ты его имеешь.
— Ты об Алексе или о магазине?
— Одно связано с другим. — Флер кисло улыбнулась. — Клянусь честью, судья Саммерфильд, за всю свою жизнь я не сперла ничего, кроме разве пары-тройки рекламных идей. До тех пор, пока не умыкнула мистера Бяку. Скажите, судья, есть ли на свете титул Великая Воровка Мужей? Ну, вроде Великого Автомобильного Вора — только не столь удачливого, особенно теперь, когда вся эта развлекаловка кончилась. Тем не менее я уверена, что одно преступление повлекло за собой другое, и когда меня нынче днем схватили с поличным, я была тем самым кандидатом на остров Дьявола. Ну, по крайней мере на остров Рикерс, в тамошнюю тюрьму — точно. Подумать только, я — я, Флер Чемберлен — в какой-нибудь ужасной арестантской робе? Наверняка она будет даже не из чистого хлопка, а из этих ужасных искусственных волокон. В смысле, я уважаю тех, кто любит простоту в одежде, но это было бы уж слишком. Представляешь, если в следующем сезоне будут модными мешки из-под картофеля цвета помоев? Для всех — одного и того же размера.
— Я не уверена, что все следует обращать в шутку, — заметила Диана. — Это не смешно.
— Слушай, моя сладкая, если я перестану смеяться, то зареву и уже не смогу остановиться!
— Ох, Флер!..
— Ох, да!
Они посидели какое-то время в напряженной тишине, после чего Флер одним глотком выпила виски. Когда она заговорила вновь, от черного юмора не осталось и следа.
— Сегодня, дожидаясь тебя, я пришла к выводу, что въехала в полный тупик. Ты, конечно, скажешь, что могло бы быть и хуже и что я оправлюсь от этих ран. Но чего я достигла? Разве ради этого я четыре года потела у Смита? Ради этого приехала в Нью-Йорк?
— Перестань!
— Не могу. Ты спасла мне жизнь, Ди, конечно, метафорически, и за то тебе нижайшее спасибо. Кстати, я представления не имею, какие у тебя расценки. Сколько ты получаешь за час? Две, три сотни баксов? Боюсь, это маленькое приключение вконец меня разорит.
— Перестань, говорю же тебе. Я не собираюсь присылать тебе счет.
— Вот уж нет, этот номер не пройдет! — настаивала Флер. — Я хочу получить счет, хочу сама за себя расплатиться. Для меня это важно, понимаешь? Не то чтобы я сию минуту смогла выписать тебе чек, но в ближайшие дни… — Она умолкла. — Знаешь, а это даже смешно. Обхохочешься! Вот она я, угодившая в самую жуткую передрягу в своей жизни, истекаю кровью и погибаю от отчаяния. И кто же является мне на выручку? Не рыцарь в сияющих доспехах, не мистер Очаровашка. И даже не принц, готовый вызволить меня из заточения. Нет. Это вовсе не мужчина. Женщина! Тебе это ни о чем не говорит? — Она отхлебнула давно остывшего чая и продолжила: — В сказках написано совсем другое, Диана, и ведь я верила в них, Ди, верила всю жизнь. Я верила, что в мужчине кроется решение всех серьезных проблем. Они предназначены, чтобы выполнять тяжелую работу, спасать нас от мышей, нести багаж, поцелуем разгонять страхи, оплачивать наши счета, а потом поднимать на первый попавшийся пьедестал в награду за то, что мы такие милые, беспомощные и женственные. Мужчины должны помогать нам выбираться из самого вонючего дерьма. Ах, мой герой! Но когда я сидела в том проклятом офисе, мне и в голову не пришло позвонить Алексу. Этому надежному, как башня, парню, человеку, который собирался заботиться обо мне всю жизнь! В глубине души я понимала, что он сбежит, как только остынет первый пыл. Вот уж действительно, мой герой! — ехидно прогнусавила она. — Скорее всего он уже вернулся в нежные объятия Розмари и его откармливают домашними пирогами и печеньем!