– Да она отличный пловец, – сказал Дитц. – Вам с этой лошадкой повезло, мисс.
Зубы Лорены были так плотно сжаты, что она даже не смогла сказать спасибо, хотя почувствовала прилив благодарности. Она была уверена, что, если бы не Дитц, она бы утонула. Джейк тем временем развернул одеяла и расстелил постель под большим мескитовым деревом. Он и внимания не обратил, как она перебиралась через реку. Хотя страх уже отпускал ее, она все еще не обрела полного контроля над своими ногами и боялась, что, спешившись, не сможет идти нормально. И злилась на Джейка за то, что он так легко ко всему относится.
Дитц терпеливо улыбнулся Лорене и снова повернул свою лошадь к реке.
– Разведите огонь и приготовьте еду, – посоветовал он. – Затем залейте костер. Будет очень большой ветер. Если разнесет огонь, вы можете попасть в беду.
Он посмотрел на юг, на небо.
– Ветер налетит где-то на закате, – сказал он. – Сначала понесет песок, потом будет молния. Не привязывайте лошадей под большими деревьями.
Лорена невольно почувствовала, что настроение у нее падает. Она боялась молний больше всего на свете, а здесь даже нет дома, где можно спрятаться. Она начала понимать, что путешествие не будет таким простым, как она надеялась. Всего второй день пути, а она уже перепугана до смерти. И теперь еще молния. На мгновение все показалось ей безнадежным, сидела бы она лучше в «Сухом бобе» или вышла бы замуж за Ксавье. Она сразу прилипла к Джейку, а если смотреть правде в глаза, то Ксавье наверняка смог бы позаботиться о ней лучше. Глупости все это, ее мечты о Сан-Франциско.
Она снова взглянула на негра, желая поблагодарить его за то, что тот перетащил ее через реку, но он смотрел на нее таким проникновенным и добрым взглядом, что она промолчала.
– Мне нужно привести капитана к переправе, – объяснил он.
Лорена кивнула.
– Передайте привет Гасу, – попросила она.
– Передам, – пообещал он и въехал в реку в третий раз.
31
Ну что же, – заметил Гас, – вот мы теперь и выясним, кто из нас настоящий ковбой. – Он ни на секунду не сомневался, что Дитц прав насчет грозы. – Жаль, что она не могла подождать пару денечков, пока вы, ребята, побольше потренируетесь, – добавил он. – Я вообще-то думаю, что до исхода ночи полови на из вас окажется под копытами, и мне не с кого будет собирать долги.
– Мы должны были ждать грозу, – заметил Калл. – Они часто бывают в это время года.
И все равно песчаная буря ночью, когда скот еще не натренирован, а в команде почти одни сопляки, – испытание серьезное.
– Как ты думаешь, мы успеем переправиться через реку, прежде чем нагрянет буря? – спросил он, но Дитц отрицательно покачал головой. До реки было еще несколько миль, а солнце уже садилось.
– Там крутая переправа, – сообщил Дитц. – Ночью опасно.
Ньют как раз подъехал, чтобы напиться, и первое, что он услышал, – сообщение о надвигающейся песчаной буре. Для него, как он думал, большой разницы это не составляло; он и так все время ехал в клубах песка. Ему приходилось прополаскивать рот шесть-семь раз, прежде чем он мог съесть тарелку бобов, не чувствуя на зубах песка.
Калл сомневался. Он как-то не рассчитывал на бурю здесь, в этих зарослях, да еще с необученным стадом. О стольком необходимо было подумать, что поначалу он не знал, с чего начать. Ему знакомо было это чувство еще со времен работы рейнджером. Иногда в сложной ситуации его мозг уставал от тяжелых дум. На некоторое время он отключался и приходил в себя, обнаруживая, что делает то, чего и не планировал. Он никогда не понимал, какой механизм заставляет его действовать, но что-то всегда срабатывало, и он обнаруживал, что действует, прежде чем соображал, что пора действовать.
Он уже ощущал, что ветер переменился. Погода выдалась тихой, но он чувствовал на щеке горячее дыхание с юга. Он пережил столько бурь в Лоунсам Дав, когда песок, крутясь, несся из Мексики так быстро, что его удары о кожу ощущались, как уколы. Чертова Сука нервничала и беспрестанно оглядывалась, хорошо понимая, что их ждет.
– Нас ожидает грязноватый закат, парни, – заметил Август.