37
Путешествовать оказалось куда тяжелее, чем пред полагал Роско, а он предполагал, что это будет настоящий кошмар.
Всего лишь через три часа после того, как покинул Форт-Смит, он наткнулся на стадо диких свиней. По какой-то необъяснимой причине Мемфис, его верховая лошадь, до смерти боялся диких свиней, а именно данное стадо кабанов проявило особую нелюбовь к белым меринам, или, что вполне вероятно, к помощникам шерифа. Роско и заметить их едва успел, как они уже мчались на него. К счастью, лес оказался не слишком густым, иначе Роско пришел бы конец. У свиней предводительствовал огромный коричневый кабан, отличавшийся необыкновенной скоростью. Он уже почти настиг Мемфиса, прежде чем тот кинулся наутек. Рос ко выдернул пистолет и стрелял в кабана, пока не кончились патроны, но все время промахивался. А когда попытался перезарядить пистолет во время гонки сквозь лес со стадом диких свиней на хвосте, то просто растерял патроны. У него имелось ружье, но Роско по боялся его достать – как бы и его не уронить.
К счастью, свиньи не проявили должной настойчивости. Они вскоре остановились, но Мемфис уже не мог замедлить ход, пока окончательно не выбился из сил. И до конца дня от него уже не было никакой пользы. Днем, остановившись, чтобы напиться, он умудрился рухнуть на все четыре ноги. Роско пришлось слезть и врезать ему пять или шесть раз веревкой, прежде чем он выкарабкался из грязи, в которой к тому времени оказался вымазанным с ног до головы и сам Роско. Он также сподобился потерять один сапог, который так засосало в грязь, что его едва можно было вытащить. Роско не взял с собой запасных сапог, поэтому ему пришлось потерять полдня, отмывая грязь с единствен ной пары.
Он разбил свой первый лагерь практически всего в десяти милях от города. Больше всего его беспокоило не то, что он остановился так близко, а то, что он рас положился в непосредственной близости от кабанов. Откуда ему знать, может, они до сих пор преследуют его. Он боялся, что они заявятся, стоит ему заснуть, так что он и не спал почти до утра. Роско привык жить в городе, и ему редко приходилось устраиваться на ночь в лесу. Он привык безмятежно спать на старой кушетке в тюрьме, потому что там ему не надо было волноваться по поводу змей, кабанов, индейцев, бандитов, медведей или чего другого. Разве что заключенный попадется беспокойный, вот и все.
К концу ночи в лесу стало так же шумно, как в салуне, но Роско не знал, что означают эти звуки. Для него каждый звук таил угрозу. Всю ночь он просидел, прислонившись спиной к стволу дерева, с пистолетом в руке и с ружьем на коленях. Наконец, когда уже начало рас светать, он слишком устал, чтобы беспокоиться о кабанах и медведях, вытянулся на земле и ненадолго уснул.
На следующий день он чувствовал себя таким усталым, что едва держался в седле, да и Мемфис тоже еле передвигал ногами. События первого дня вымотали их до предела. Ни тот, ни другой не интересовались пейзажами, и Роско даже не мог понять, приближается ли он к Джули или нет. К счастью, между Техасом и Форт-Смитом лежал хорошо наезженный солдатами путь, так что они с Мемфисом тащились по нему, иногда останавливаясь, чтобы отдохнуть.
Затем, когда солнце уже садилось, ему вроде бы по везло. Он услышал, как кто-то кричит, и немного погодя выехал на поляну, тут же поняв, что образовалась она вследствие того, что была расчищена фермером. Теперь же этот фермер продолжал расчищать ее дальше, выкорчевывая пни с помощью упряжки мулов. Мулы пытались вытянуть огромный пень, а фермер орал на них, чтобы тянули сильнее.
Работой Роско заинтересовался мало, но само присутствие фермера его обрадовало, потому что означало, что где-то рядом хижина. Возможно, ему удастся хотя бы ночь проспать под крышей. Он подъехал и остановился на почтительном расстоянии, чтобы не испугать мулов. Пень уже был наполовину выкорчеван, но несколько толстых корней еще держали его в земле.
В этот момент фермер в надвинутой на глаза шляпе с полями заметил Роско. Он приостановил работу и принялся разглядывать Роско. Тот подъехал поближе, намереваясь представиться, но тут, к его удивлению, фермер снял шляпу и оказалось, что это не он, а она. Крупная шатенка в мужской одежде. Рубашка на ней промокла от пота.
– Ну что, собираешься слезть и помочь, или так и будешь сидеть с дурацким видом? – спросила она, вытирая пот со лба.
– Я – помощник шерифа, – объявил Роско, считая, что другого объяснения не требуется.
– Тогда сними свою звезду, если она такая тяже лая, – сказала женщина. – Помоги выдернуть эти корни. Мне бы хотелось убрать пень до темноты. Иначе нам придется работать ночью, а я не хочу зря расходовать керосин.