Они подъехали к фургону и увидели, что По Кампо сделал из градин что-то вроде конфет. Он макал их в патоку и давал ковбоям лизнуть.
– Senor, – обратился он к Августу, – вижу, вы как раз успели к десерту.
– Я поспел как раз, чтобы увидеть, как шайка голых недотеп перебирается через реку, – ответил Август. – Уж было решил, что вы все подались в индейцы и решили скальпировать Джаспера. А где, молодой Билл Спеттл? Спрятался?
Все неловко замолчали. Липпи, сидя на облучке фургона, перестал лизать градину.
– Нет, senor, мы его похоронили, – ответил По Кампо. – Он стал жертвой молнии.
– Жаль, – сказал Гас, – он был молод и внушал надежды.
– Она еще тринадцать коров убила, – добавил Пи Ай. – Ты такой молнии никогда не видел, Гас.
– Отчего же, – заметил Гас. – Нам тоже пришлось пережить непогоду.
Ньют чувствовал себя счастливым – в сухой одежде тепло и мистер Гас вернулся. Небо прояснилось, и от туч, из которых падал этот ужасный град, остались лишь небольшие клочки над восточным горизонтом. Теперь, когда вышло солнце, река осталась за спиной, скот спокойно пасся и Лорена была спасена, жизнь казалась прекрасной, хотя каждый раз, как он вспоминал Билла Спеттла, лежащего в мокрой земле несколькими милями южнее, или Шона О'Брайена, оставшегося там, далеко, на берегу маленькой речки, его снова охватывала печаль. По Кампо дал ему градину, покрытую патокой, и он сидел, облизывая ее и чувствуя себя по переменно то печальным, то радостным. Мужчины вокруг него одевались и готовились снова приняться за работу.
– Здесь вообще есть деревья или эта равнина тянется прямо до Канады? – поинтересовался Берт Борум.
– Я бы на твоем месте в ближайшие несколько месяцев на деревья не рассчитывал, – посоветовал Август.
Всех мужчин интересовала Лорена. Многие еще по мнили, какая она красивая. Что с ней случилось? Как она теперь выглядит? Она была самой красивой женщиной, которую они когда-либо видели, и сейчас, когда она находилась рядом, они снова вспоминали ее и им хотелось опять ее увидеть.
Диш, так тот вообще глаз не мог отвести от маленькой палатки. Он мечтал хоть краешком глаза взглянуть на нее и представлял себе, что в любой момент она может показаться из палатки и посмотреть в его сторону. Разумеется, она его помнит, может, она ему помашет или подзовет.
Лорена знала, что ковбои рядом, но из палатки не выглядывала. Гас обещал ей, что скоро вернется, и она поверила ему, хотя, когда он уходил на охоту и отсутствовал больше часа, она снова начинала трястись. Синий Селезень все еще жив. Он может приехать и забрать ее, если Гас зазевается. Она помнила его лицо, когда он пинал ее и улыбался. Только Гас мог заставить ее не вспоминать, а эти воспоминания иногда бы ли такими живыми и пугающими, что ей хотелось умереть, чтобы ее мозг перестал работать и дал ей спокойно уснуть. Но мозг продолжал функционировать, и только Гас умел отвлечь ее разговорами или игрой в карты. Только при нем она расслаблялась достаточно, чтобы заснуть.
Время от времени она выглядывала в щель между полотнищами палатки и видела фургон и стоящего около него Гаса. Его легко было заметить по седым волосам. Пока она могла его видеть, она не беспокоилась.
Калл разрешил разбить лагерь, последние сутки выдались очень трудными. Крупный молодой бычок повредил ногу при переправе через реку. Берт заарканил его, и По Кампо одним резким ударом топора убил животное. Он столь же профессионально разделал его и скоро уже жарил бифштексы. Аромат напомнил ковбоям, что они голодны, и команда набросилась с волчьим аппетитом на мясо.
– С этими ребятами длинный путь корове не светит, – заметил Август. – Если вы, парни, не умерите свои аппетиты, то слопаете все стадо еще до реки Паудер. Калл, вот смеху-то будет, – добавил он.
– Ты о чем? – переспросил Калл, чья голова была занята Синим Селезнем.
– Нет, ты подумай, – продолжал Гас. – Ты направился в Монтану со скотом и группой голодных работников. Пока ты туда добираешься, работники съедают весь скот, и ты там же, где начал. Потом чейенны или сиу перебьют всех работников, и останешься ты один.
– А ты где будешь? – поинтересовался Калл. – Ты же тоже с нами.
– А я где-нибудь застряну и женюсь, – объявил Гас. – Самое время завести семью.
– Ты не на Лори женишься, Гас? – спросил Диш в панике. Он понимал, что Гас спас Лори от ужасной участи, и полагал, что она может согласиться выйти за него замуж из благодарности.
– Нет, Диш, у меня другая женщина на примете, – ответил Август. – Но не очень-то раскатывай губищи. В ближайшие несколько лет Лори вряд ли будет хорошо относиться к нашему брату.