– Миль с тысячу, я так думаю, – предположил он.
– Тысячу миль? – поразился Пи. – Да мы пока дойдем, все состаримся и бороды себе отрастим.
Джаспер напомнил ему, что они делают по пятнадцать миль в день, так что тысячу миль они проедут за два месяца. Думать о расстоянии в месяцах показалось Пи более приятным, чем в милях, поэтому он какое-то время предпочитал этот способ.
– А когда это будет – через месяц? – однажды спросил он По Кампо, который считался еще одним надежным источником информации.
– Не волнуйся ты насчет месяцев, – посоветовал ему По Кампо. – Чего тебе по их поводу волноваться? Я бы больше волновался из-за отсутствия воды.
– Господи, да какая может быть засуха, – удивился Пи. – Льет постоянно.
– Знаю, – ответил По. – Но мы можем дойти до таких мест, где забудем, что такое дождь.
Он уже давно завоевал симпатию свиней Гаса. Хряк ходил за ним по пятам. Он стал высоким и тощим. Ав густа злило, что свиньи оказались такими неверными. Когда он вернулся в лагерь и увидел, что хряк взял в привычку спать поблизости от рабочего места Кампо, то позволил себе несколько ядовитых замечаний. Августа также раздражало, что ковбои стали относиться к По Кампо, как к оракулу.
– По, ты слишком низенький, чтобы далеко видеть, но я слышал, что ты можешь предсказать судьбу, – сказал он однажды утром, когда приехал позавтракать.
– Я могу иногда предсказывать судьбу, – признался По. – Но не думаю, чтобы я мог предсказать вашу.
– А я не хочу, чтобы кто-нибудь предсказывал мою судьбу, – заметил Джаспер. – Вдруг мне скажут, что я потону в реке Репабликан.
– А я бы хотел знать свою, – возразил Август. – Мне однажды предсказывала судьбу старая негритянка в Новом Орлеане, а они всегда говорят одно и то же.
– Наверное, она сказала вам, что вы никогда не станете богатым, но что вы и не будете бедным, – предположил По, взбивая яйца.
– Верно, – подтвердил Август. – Скучная судьба. Кроме того, стоит мне заглянуть в мой карман, я скажу то же самое. Я не богат, но и не беден, это точно.
– А что еще хотели бы вы узнать про свою судьбу? – вежливо поинтересовался По Кампо.
– Сколько раз я еще буду женат, – сказал Август. – Единственный интересный вопрос, верно? Мне плевать, в какой реке я утону. Это пусть Джаспер бес покоится. Я хочу знать свои брачные перспективы.
– Плюньте, – попросил По, – вот сюда, на фургон.
Август подошел к фургону и плюнул на бортик. На кануне По Кампо зачем-то поймал шестерых цыплят дикой курицы, и сейчас они бегали по фургону и пищали. По подошел и посмотрел на плевок Августа.
– Больше жен у вас не будет, – немедленно изрек он и вернулся к яичнице.
– Это обидно, – заметил Август. – У меня пока были всего две жены, и обе прожили недолго. Я-то считал, что хоть еще одна мне положена.
– Да вы на самом деле и не хотите еще раз жениться, – заявил По. – Вы, вроде меня, любите свободу. Ваша жена – небо.
– Ну, тогда она у меня суховата, – изрек Август, рассматривая безоблачное небо.
Хряк встал на задние ноги, поставив передние на бортик фургона. Он пытался разглядеть цыплят.
– Знай я, что ты такая непостоянная скотина, давно бы бекон из тебя сделал, – возмутился Август.
– Ты можешь узнать судьбу человека, посмотрев на его плевок? – удивился Пи Ай. Он слышал о предсказателях, но те обычно пользовались картами.
– Да, – подтвердил По Кампо, но в объяснения вдаваться не стал.
Когда они уже подходили к Канзасу, появились индейцы. Их было пятеро, и они подъехали так тихо, что никто их поначалу не заметил. Ньют, как всегда, ехал в конце стада. Когда пыль на минуту осела, он заметил, что капитан разговаривает с группой всадников. Сначала он подумал, что это ковбои из другой команды. Он сообразил, что это индейцы, только когда капитан подъехал к нему вместе с ними.
– Возьми вот этого, – сказал он, показывая на бычка с треснувшим копытом, который плелся сзади.
Пока он соображал, что это индейцы, они уже отбили бычка от стада и гнали его прочь, а капитан сидел и смотрел. Ньют даже боялся поднять на них глаза, но когда все же решился, то с удивлением увидел, какие они тощие и в какое рванье одеты. Старик, который был за старшего, просто кожа да кости. Он проехал до статочно близко, чтобы Ньют мог заметить, что на одном глазу у него бельмо. Остальные были моложе. Их лошади тоже отличались худобой. Ездили они без седел, просто подложив одеяло, и лишь у одного было ружье – старый карабин. Индейцы отбили бычка от стада не хуже опытных ковбоев и гнали его по пустой равнине. Старик поднял руку в приветствии, проезжая мимо капитана, и тот тоже поднял руку в ответ.