– Ты возвращайся домой, – посоветовала Джейни. – Даже если ты ее найдешь, ничего путного из это го не выйдет.
Джули тоже боялся, что не выйдет, но возвращаться не собирался. Что-то в его поведении неожиданно рас сердило Джейни.
– Мне пора идти, – заявила она. – Если найдешь Элли, скажи ей, что ее голубое платье все еще у меня. Пусть напишет, если хочет, чтобы я его вернула.
Джули кивнул. Джейни взглянула на него в последний раз с жалостью, смешанной с нетерпением, и быстро сбежала с лестницы.
Джули огорчил ее уход. У него было такое чувство, что он упустил какую-то возможность, хотя, какую именно, сказать бы не смог. На улице толпились ков бои, переходящие из одного салуна в другой. Кругом были привязаны верховые лошади.
Он направился в платную конюшню и оседлал свою новую лошадь. Старик, владелец конюшни, сидел, прислонившись спиной к бочке с гвоздями для подков, и время от времени прикладывался к стоящему между ног кувшину. Джули заплатил ему, но старик даже не поднялся.
– Ты из какой команды? – поинтересовался он.
– Я сам по себе, – ответил Джули.
– Вот как, – заметил старик. – Немногочисленная команда. Странное время, чтобы пускаться в путь, ты не находишь?
– Наверное, – согласился Джули, но все равно уехал.
70
Когда прошли местность, подвергшуюся нападению саранчи, появилась хорошая трава, небо очистилось, и две недели они двигались абсолютно без всяких приключений. Скот успокоился и шел на север, не устраивая паники и других неприятностей, за исключением одной, которая стоила Ньюту его любимого коня – Мыши.
Ньют даже не сидел на нем, когда случилось несчастье. Он в тот день поменялся лошадьми с Беном Рейни. Дневная работа была закончена, и Бен поехал к стаду, чтобы отбить животное, предназначенное по разрешению капитана на ужин. Он подъехал к маленькой норовистой коровке, чтобы отбить ее годовалого бычка, но корова неожиданно озлилась и внезапно пырнула Мышь в пах. Корова была маленькая, но с необыкновенно острыми рогами, и ее бешеный удар даже приподнял задние ноги Мыши. Бен Рейни вылетел из седла и постарался убраться подальше, чтобы не по пасть на рога самому. Соупи Джонс заметил случившееся. Он подскакал и отогнал корову, но было уже поздно. Из брюха Мыши фонтаном била кровь.
– Позови Дитца, – велел Соупи. Дитц считался лучшим лошадиным доктором в команде, хотя и По Кампо был недурен. Оба подошли, чтобы осмотреть лошадь, и оба печально покачали головами. Ньют, который в этот момент находился с другой стороны стада, увидел, как они машут ему, и подскакал. Увидев теряющего кровь Мышь, он едва не лишился чувств от расстройства.
Не знаю, что с ней такое случилось, – оправдывался Бен Рейни. – Я ей ничего не делал. А она кинулась на лошадь. Потом смотрю, за мной погналась. У нее такие острые рога.
Задние ноги Мыши дрожали.
– Ну, тебе лучше его пристрелить, – сказал Калл Ньюту. – С ним покончено.
Ньют уже хотел взять поводья, когда вмешался Диш Боггетт.
– Да ладно, капитан, – произнес он негромко, – зачем заставлять человека пристреливать собственную лошадь, когда есть другие, кто может это сделать. – И не говоря больше ни слова он отвел истекающую кровью лошадь ярдов на сто в сторону и выстрелил в нее. Потом вернулся, неся седло. Ньют был ему глубоко благодарен, он знал, как трудно было бы ему застрелить Мышь.
– Зря мы с тобой поменялись, – расстраивался Бен Рейни. – Никак не думал, что такое может случиться.
В тот вечер много говорили об опасностях, связанных с работой со скотом. Все согласились, что работа опасная, но никто не слышал, чтобы маленькая корова умудрилась пырнуть лошадь в брюхо и убить ее. Ньют поменялся сменами с ирландцем, а потом через четыре часа со своим сменщиком. Ему хотелось побыть в темноте, где бы никто не увидел, как он плачет. Мышь ни когда не вел себя так, как все остальные лошади, и вот теперь он исхитрился и умереть не так, как все. Ньют ездил на нем восемь лет и так переживал его потерю, что впервые пожалел, что так рано рассвело.
Но солнце вышло, разукрасив все вокруг, и он понял, что надо ехать завтракать. Он тщательно вытер следы слез с лица и уже было собрался повернуть к фургону, как заметил, что мистер Гас, стоящий около маленькой палатки, машет ему. Ньют подъехал. Проезжая мимо открытого входа в палатку, он увидел сидящую там на одеяле Лорену. Волосы ее были распущены по плечам, и она показалась ему прекрасной.
Август развел небольшой костер из бизоньего навоза и сердито проговорил: