– Любите есть падаль, теперь испытайте, что значит быть съеденными, – обратился он к убитым канычам. – Вон тот негр. Уилбергер таки достал его.
Неожиданно запах подействовал на Ньюта. Он быстро спешился, и его вырвало. Пи Ай вырыл мелкую могилу лопаткой, которую они привезли с собой. Они скатили останки в могилу и засыпали землей под неустанным наблюдением канычей. Многие из них стояли, напоминая черную армию, другие кружили над головами. Дитц отправился поискать следы. Ньюта настолько вывернуло наизнанку, что в голове шумело, но даже в таком состоянии он заметил, что Дитц вернулся в скверном настроении.
– Так сколько их там? – спросил Калл.
– Четверо, – ответил Дитц. – Всего четверо.
– Черт, а нас аж пятеро, – заметил Август. – Так что меньше чем по одному на каждого. Чего же ты такой невеселый?
Дитц показал на следы.
– Мистер Джейк с ними, – сказал он. – Это его след.
Они некоторое время молча смотрели на след.
– Ну, они конокрады и убийцы, – напомнил им Август. – Может, они украли лошадь Джейка, а его самого убили.
Дитц молчал. Они могут думать что хотят, а он знал. У другого человека и след будет другой. Мистер Джейк ездил слегка скособочившись в седле, и это сказывалось на следе. То была не просто его лошадь, он сам и сидел на ней.
Новости удручающе подействовали на Калла. Он уже никаких надежд не связывал с Джейком Спуном и считал, что отныне их пути навсегда разошлись. Пусть играет в карты и развратничает, как обычно. Другого от него и ждать не приходилось. Но и худшего никто не ожидал. У Джейка недоставало характера даже для преступной жизни, во всяком случае, Калл так считал. Но вот он, его след, перед ним, рядом со следами троих убийц.
– Что же, я очень надеюсь, что ты ошибся, – сказал он Дитцу.
Дитц молчал. Как и Август, в порядке разнообразия. Если Джейк с убийцами, рассчитывать ему не на что.
– Жаль, что у него не хватило ума остаться с Лори, – посетовал Август. – Может, она его и злила когда, но до такого бы не довела.
– Все его проклятая лень, – заметил Калл. – Просто плыл по течению. Любой ветер мог унести его в сторону.
Он пришпорил кобылу и поехал вперед. Чтобы ехать по следам почти тридцати лошадей, Дитц ему не требовался. Он пустил лошадь в медленный галоп. В таком темпе она могла скакать хоть целый день в случае необходимости.
Ньют ехал рядом с Пи Аем, тоже пребывавшим в мрачном настроении.
– Ты тоже думаешь, что это Джейк? – спросил он.
– Я эти чертовы следы читать не умею, – признался Пи Ай. – Никогда не мог. Но Дитц читает их легче, чем я читаю газету. Так что, наверное, это Джейк. Обидно, если придется его повесить, – добавил он немного погодя.
– Да ты что? – поразился Ньют. Он никак не мог сообразить, в какое тяжелое положение Джейк себя поставил.
Пи Ай печально взглянул на него. Пи Ай вообще-то редко менял выражение лица и обычно выглядел удив ленным.
– Капитан и тебя повесит, если поймает с украденной лошадью, – заверил он. – И Гас тоже.
Через несколько часов они наткнулись на убитых поселенцев, все еще болтающихся на веревках в обгорелой одежде. Одного из них за ногу тянул койот, пытаясь стащить вниз. Когда всадники приблизились, он убежал. Ньюта снова затошнило, но в желудке уже ни чего не осталось. Он и подумать не мог, что придется когда-нибудь увидеть картину страшнее той, что они видели утром, – все эти растерзанные стервятниками тела, которые они похоронили. Но здесь творился настоящий кошмар. Создавалось впечатление, что чем дальше они углублялись в равнины, тем хуже шли дела.
– Эти парни, кто бы они ни были, настоящие негодяи, – проговорил Август. – Повесили бедняг, да еще и сожгли.
Калл подъехал поближе.
– Нет, – возразил он. – Сначала застрелили, потом повесили, а уж потом сожгли.
Они перерезали веревки и похоронили мертвых поселенцев.
– Черт, в этих краях могильщику можно заработать состояние, – заметил Август. – Пи, купи себе по больше лопату и займись этим делом.
– Нет уж, тут я пас, Гас, – печально произнес Пи. – Уж лучше я буду копать колодцы.
Калл думал о Джейке. Как мог человек, бывший с ними рядом так долго, допустить такое. Разумеется, он был в одиночестве среди убийц, но это его не извиняет. Он мог либо бороться, либо сбежать, поняв, с кем имеет дело.
Дитц проехал вперед, чтобы посмотреть, куда ведут следы. Они нагнали его через несколько часов. Он выглядел печальным.
– Они рядом, – сообщил он. – Остановились у ручья.