– Я должен был предупредить тебя никогда не играть в карты с этим старым прохвостом, – сказал Джейк. – Если, конечно, ты не собираешься пойти ему навстречу. Он мошенничает в карты лучше, чем кто-либо. Он не часто это делает, но, уж если делает, его не поймаешь. – Он стер немного грязи с ее живо та. – Теперь, когда ты разбогатела, можешь одолжить мне двадцатку, – добавил он.
– С чего бы это? Ты эти деньги не заработал и мне не помешал.
Кроме того, у него были деньги, выигранные в карты. Если Лорена что и знала твердо, так это то, что мужикам rife следует давать деньги. Иначе они рано или поздно начнут тобой торговать.
Джейк развеселился.
– Тогда оставь себе, – согласился он. – Но если бы это был кто другой, а не Гас, я бы тебя пристрелил.
– Если бы узнал, – заметила она, поднимаясь.
Пока она снимала простыни, Джейк стоял у окна. Он продолжал прикладываться к виски, но о Монтане больше не упоминал.
– Так ты пойдешь со стадом? – спросила она.
– Еще не решил, – ответил он. – Раньше понедельника они не двинутся.
– Я хочу уехать вместе с тобой, – заявила она. – Со стадом или без.
Джейк оглянулся. Она стояла в рубашке, на щеке красное пятно от его пощечины, которая, судя по всему, не произвела на нее никакого впечатления. До чего же быстро с этими бабами все происходит. Еще второй раз не взглянул, а они уже спорят и указывают тебе, что делать.
– Ты здорово будешь выглядеть в ковбойском лагере, – заметил он. – Все эти клятые ковбои и так в тебя влюблены. Если ты поедешь с нами, мне придется перестрелять половину, пока мы доберемся до Ред-Ривер.
– Они не станут ко мне приставать, – уверенно сказала она. – Разве что у одного Гаса хватит смелости.
Джейк хмыкнул.
– Ага, этот захочет бросать карты дважды в день.
Чем старше он становился, тем труднее ему было на ходить легкие пути в жизни. С одной стороны, были его друзья, которые чего-то от него ждали; с другой – Лори, которая ждала совсем другого. У него самого не было твердой уверенности в том, что же именно он хо чет делать, хотя ему всегда казалось, что было бы приятно пожить в теплом городе, где можно поиграть в карты. Разумеется, неплохо при этом иметь под боком хорошенькую бабенку, но это не означало, что стоит тащить эту женщину в Сан-Франциско.
Конечно, можно дать деру; никто его цепью к кровати не приковывал, да и к друзьям тоже. Вон она, Мексика, из окна видать. Но что это даст? В Мексике еще хуже, чем в Техасе. Мексиканцы взяли себе в привычку вешать техасцев в порядке компенсации за тех мексиканцев, которых повесили техасцы. Если кроме пет ли ему ничего не светит, то пусть уж это лучше произойдет в Арканзасе.
Лорена смотрела на него каким-то странным горящим взглядом. И не потому, что он закатил ей пощечину. Он чувствовал, что она читает его мысли. По чему-то все женщины умели читать его мысли. По-настоящему ему удалось обвести вокруг пальца только одну, рыженькую женщину, очень душевную, но вовсе без мозгов. С Лореной номер не пройдет. Ее взгляд за ставил его занять оборонительную позицию. Другой бы избил ее до синяков за то, что она сделала днем. И ведь даже не попыталась скрыть. Она играла по собственным правилам. Ему пришло в голову, что она вполне в состоянии прикончить шерифа из Арканзаса, если дело до этого дойдет. Она не остановится, если все еще будет в Джейке заинтересована.
– Нечего тебе там стоять и дуться, – сказал он. – Я не собираюсь сбегать.
– Я не дуюсь, – заметила Лорена. – Это ты злишься. Ты не хочешь оставаться и не хочешь трогаться с места.
Джейк печально посмотрел на нее.
– Я уже там побывал. Там нелегко. Почему бы нам не отправиться в Сан-Антонио и не поиграть немного?
– Тинкерсли возил меня туда, – ответила Лорена. – Я не хочу возвращаться.
– Тебе не угодишь, – заметил Джейк, неожиданно раздражаясь.
– Неправда, – возразила Лорена. – Ты меня вполне устраиваешь. Но я хочу в Сан-Франциско, как ты обещал.
– Ну, если не хочешь в Сан-Антонио, то есть Остин или Форт-Уэрт, куда значительно легче добраться, чем в Сан-Франциско.
– Меня трудности не пугают. Давай просто поедем. Джейк вздохнул и предложил ей еще виски.
– Ложись, – предложил он. – Я потру тебе спину.
– Не надо мне тереть спину.
– Лори, не можем же мы уехать сегодня, – заметил он. – Я лишь предлагаю помириться.
Ей не хотелось так сильно давить на него, но нужно было, чтобы он принял решение. Слишком много дней и ночей она провела в этой душной маленькой комнатенке. Лорена поняла это, когда снимала грязные простыни. Ей приходилось часто менять простыни, потому что мужчины, которые на них лежали, были такими же грязными, как Джейк сегодня. Ей все надоело. Но теперь с этим покончено. Ей хотелось выбросить простыни вместе с матрасом и кроватью прямо в окно. Она покончила со всем, что связано с этой комнатой, и пусть Джейк Спун об этом знает.