- Приятно осознавать, что ты приходишь в норму, - Ильмис облегчённо рассмеялся. - Княжича я беру на себя. Не думай о нём. Советники, которые прибудут с ним, гораздо опаснее. Будь сдержан, обходителен и вежлив. Тяни время. Лей воду.
- Да я скорее объявлю артайцам войну, чем буду лебезить перед ними! – кулак Князя опустился на круглую белую лампу и стеклянные осколки брызнули в разные стороны.
- Это называется дипломатия, - брат терпеливо гнул свою линию. - Худой мир лучше хорошей войны. Нам надо продержаться всего пару недель, чтобы избежать прямого противостояния и получить возможность выдворить их, не нарушая протокол.
- Вряд ли я выдержу так долго, не свернув шею хоть кому-то из них!
- За последние пару дней ты стал совершенно невыносим, - брат подошёл ближе и успокаивающе положил руку ему на плечо. – Мы справимся. Не позволяй своей ярости перечеркнуть всё, чего ты добился за эти годы.
- Мне запретили пить ряску… - Линн тяжело опустился на диван и обхватил голову руками, пытаясь очухаться. Перед глазами плыло. - Я слегка переборщил с ней в последнее время...
- Брат… это хреново, - в голосе Ильмиса звучало искреннее сочувствие. – Держись и переоденься побыстрее. У нас осталось мало времени.
- Мне надо к Тамаре…
- Её уже предупредили, она готовится. Просто успокойся и возьми себя в руки. Давай дадим этим засранцам хорошего пинка!
Глава 15.1
Своё прибытие артайцы обставили со всей причитающейся им помпой, несмотря на то, что в депеше говорилось лишь о кратком визите в обеденное время, поскольку цель выезда слишком незначительна, чтобы отнимать время обоих сторон. Словом, «мы просто проезжали мимо и решили – почему бы нам не прихватить вашу жену?»
Ну что ж, обед, так обед. Перебесившись, Ромуальдилинн загнал бешенство поглубже и ожидал делегацию в трапезном зале. Давненько он не вёл переговоры… С момента подписания пакта о независимости прошло девять долгих лет, и что до этого памятного дня, что после - он больше мечом махал, чем на дипломатических встречах раскланивался. А вот артайцы, как известно, любители языком почесать. Правда после всё одно за оружие хватаются… Но обязательные для себя протокольные встречи с будущими подневольными вассалами были для них обязательным и лакомым блюдом, которое грех пропустить. Предпочитали действовать по давно заведённому порядку, который не давал сбоев - смаковать и упиваться своей будущей победой следует не спеша, в полной мере, наслаждаясь последними попытками загнанных в угол вчерашних союзников вырваться из их смертельных силков.
Близнецам был передан приказ привести Тамару позже, по его знаку. Но он всё ещё лелеял надежду, что этой встречи ей удастся избежать…
Когда в зал вплыли расписные павианы, у него аж глаз задёргался. Пресветлая Мать и святые угодники… У артайцев блестело всё: одежда, обувь, ногти, кожа и волосы. Искрящиеся длиннополые сюртуки, расшитые драгоценными каменьями, золочёные ботфорты, сверкающие ленты, завязанные с неведомой для него целью в невиданные банты, и под всем этим - одутловатые пропитые физиономии с выпученными от осознания собственной значимости глазами. Ну, и который из них тут княжич? Воспоминания о нём в детском возрасте оставляли мало надежд на успешные переговоры.
Впрочем, не узнать княжича было невозможно. Ведущая позиция и наглые зелёные глаза, выдающие наличие правящей силы, не оставляли сомнений, кто тут центральная звезда.
О да, засранец был великолепен. Если бы не искривившееся в гримасе презрения лицо, от него, по всей видимости, глаз нельзя было бы оторвать. А так создавалось впечатление, что его сейчас перекорёжит от происходящего. К тому же фамильный длинноватый нос не переставая морщился, словно Его Артайское Высочество постоянно принюхивался к какому-то мерзкому запаху.
Ромуальдилинн вздохнул, мысленно призывая себя к спокойствию и поднялся.
- Сердечно приветствую сиятельных гостей в Ливийском государстве и нашей Радужной столице! – протокольные слова приходилось выталкивать из себя со скрипом. – Мы счастливы видеть вас и надеемся, что ваше пребывание оставит тёплые воспоминания и радость в наших сердцах!
- Когда мне уже дадут присесть? Дорога сюда была невыносимой! – недовольный визг был ему ответом.
Спокойствие, только спокойствие…