- От возраста это не особо зависит, - подал голос расстроенный Грей. – Тут уж известное дело - как повезёт.
- Здесь оставаться нельзя, время дорого, - Ромуальдилинн начал коротко отдавать приказы, отводя каждому свою роль на ближайшие дни и в зависимости от того, как будут развиваться события. – Я его подлечу, как смогу, и двинемся в сторону моря. Если никого там не найдём – значит, будем считать, что нам повезло, потому что виххры всегда начинают наступление на ближайшие рыбацкие деревни в расчёте на первую лёгкую добычу.
Подхватив Кузнечика на руки, он уложил его себе на колени. Прижал ладони к вискам и принялся вливать в него целебную силу, молясь всем подряд, чтобы это подействовало. Минут через десять на лбу у него выступила испарина, а парнишке слегка полегчало. Он успокоился и задышал ровнее.
- Всё… - разочарованно выдохнул Ромуальдилинн, понимая, что сделать больше не в силах.
Братья, собрав вещи, стояли рядом, готовые выдвигаться в любой момент.
- Забирайся на лира, я подам Тома тебе, - предложил Вавила и принял драгоценную ношу с рук на руки.
Глава 20.2
Они медленно, но верно продвигались вперёд, оставив позади сухую и мёртвую степь. Местность вокруг окончательно зазеленела, и с каждый часом дышалось всё легче. Давно пора было остановиться и, оставив братьев, вернуться обратно, продолжив поиски. Но замедлить ход и передать в чужие руки беззащитного Кузнечика не было никаких сил.
Братья, следующие за ним, подъезжали ближе время от времени и молча заглядывали ему в лицо, но он упрямо смотрел вперёд и прижимал мальчишку всё крепче.
Сдерживать сумбур, творящийся в душе, оказалось почти невозможно. Невесомое тело Кузнечика ощущалось на руках так правильно, что сердце билось уже где-то в горле, отчего Ромуальдилинн чувствовал себя одновременно слабым и безмерно могущественным.
После лечения Кузнечик был спокоен. Тихо сопел, уткнувшись ему в плечо. А Ромуальдилинн только погонял лира, придерживая сонную ношу одной рукой и пытаясь выдавить из себя глухую и неожиданную ненависть к братьям, которые так непредвиденно опоили того, кого он поручил оберегать. Тот факт, что он и сам недавно также бездумно предлагал мальчишке глотнуть болотной гадости, уже благополучно вылетел у него из головы, и он упрямо лелеял в себе обиду, не желая расставаться с ней по крайней мере до тех пор, как Кузнечик очнётся.
Ближе к вечеру ядовитая дрянь опять взяла верх над своей беззащитной жертвой. Кузнечик метался и стонал у него на руках, но при этом был слишком слаб, чтобы помешать езде или навредить самому себе. Он звал отца и Брана, просился домой, тихонько плакал и… звал его, Линна. Просил его вернуться, не бросать, остаться. Быть рядом.
- Я здесь, я рядом, слышишь? - повторял Линн беспрестанно, прижимая к груди свою бесценную ношу, но Кузнечик не понимал, не слышал. Он метался у него на руках и хрипло продолжал просить и требовать.
Угомонился лишь когда почти стемнело. Обхватил Ромуальдилинна вокруг пояса, прижался так, что душа в пятки провалилась, и засопел в подмышку. Оторвать от себя не удалось, да он не особенно и старался, чего уж там... Остановившись, перекинул ногу через лира и соскользнул вниз с ним на руках.
Братья быстро разбили стоянку и расположились напротив, полукругом. Не выпуская Кузнечика из рук, он позволил себе немного подремать, а потом, отгоняя тупую боль в мышцах, со стоном поднялся, передав мальчишку Вавиле. Уходить в темноту, оставив его, было невыносимо, но он, сцепив зубы, молча собрался.
- Линн, ты вернулся?
Уже почти забравшись на лира, он бросился обратно, услышав слабый голос. Сонный Кузнечик лежал на руках у Вавилы, и шарил вокруг сонным взглядом.
- Я здесь, Том, - он взял парня за руку. – Ты как, оклемался?
Слабая улыбка осветила лицо, когда взгляд мальчишки остановился на нём.
- Не знаю, - удивлённо ответил он, приподнимаясь. – А что случилось?
- Отравили мы тебя, птенчик, - грустно ответил стоящий рядом Ильмис.
Кузнечик не обратил на него внимания. Он с тревогой смотрел на Ромуальдилинна, вцепившись Вавиле в руку.
- Ты что же… - казалось, он сейчас расплачется. – Опять уходишь?
- Я должен, - мрачно кивнул Ромуальдилинн.
- А куда?
- Братья тебе расскажут.
- Хорошо, иди, - взгляд мальчишки потух, и он отвернулся. Силы опять покинули его.
Скрипнув зубами, Ромуальдилинн быстро пошёл к лиру. И, тихий голос, как удар в спину:
– Я буду ждать тебя.
***
Янек не верил, что отец выживет.
Когда они достигли Храма, его грудь была так густо залита чёрной кровью, что кашлять он уже не мог. Лишь слабо содрогался у него на руках, так и норовя упасть с лира.